Дед даже сделал некий брезгливый жест рукой, как будто что-то от себя отгоняет.

— Так вы деду, атеист? — не понял Сеня.

— Как говорил Асен: «Недоказуемо», равно «не существует». Так что не заморачивайся. Тем более, что знаю — у вас, в мире Асена, там почти все атеисты хе-хе!

— А у нас…

— У нас, самые опасные двуногие человекообразные — это в хмыри сутанах. — Дед глянул на Сеню и поправился. — Опасайся их также как и я. А насчёт слов Мири, что нам повезло… Это не из-за священников и Веры. Я почему так опасался проводить с тобой процесс переписи личности… Ведь, как ты догадался, не ты первый.

— Да. Я догадывался. — Усмехнулся Сеня.

— Так вот, открою тебе небольшую тайну. Мы уже давно практикуем Процесс. Впрочем… ты уже слышал. Он слишком много даёт и от многого спасает. НО! Хорошо, если личность, которую мы найдём в других мирах… как бы это точнее сказать… подходящая. Разные приходили.

— Вы записываете эти истории и случаи?

— А как же! Обязательно. Но ты всё равно пойми — Процесс, он для безвыходных ситуаций. Ведь Сила, что поднимается в Великом Лесу, она… часто калечит. Очень часто но… Большинство всё-таки приспосабливается. И всё равно случается так, что она начинает корёжить и тело, и душу человека. И вот тогда, чтобы остановить и повернуть вспять разрушение человека, мы проводим Процесс.

— Всегда помогало?

Дед хмыкнул. И хмык его был слишком многозначительный, чтобы Сеня да не прицепился.

— Вижу, что не всегда. И что случалось?

— Понимаешь, Сенья… иногда из тьмы межвременья приходят личности… ну… которым лучше бы остаться там, в безвременье. В забвении. Они приходят к нам, видят что творится вокруг и с нами в частности, и начинают нас учить жить. И хорошо, если всё как в твоём случае — ты честно пытаешься разобраться.

Дед хитро подмигнул Сене.

— Но бывает и так, что… — дед брезгливо помотал головой.

— … Что лучше бы молчали в тряпочку, целее были бы! Знакомо! — гмыкнул Сеня.

— Даже хуже. Ведь они не только говорят, но и пытаются делать. Вот один был такой… Одержимый странной идеей… Сейчас вспомню как называлась… это как так… А! Торераноси.

— Может «толерантности»?

— Вот! Точно! Так это из вашего мира⁈

— Может и из нашего. Скорее всего из нашего. Потому что именно у нас это понятие превратили в фетиш и жупел. Да так, что их носителей хочется прибить чисто из сострадания. Чтобы они других не мучили, и сами не мучились.

— Значит из вашего.

— Страну называл?

— Да. Говорил, что он из великой страны Юса.

— Хех! Точно наш! Амер. Только ты же деда, говорил, что из Соединённых Государств Америки у вас никто не был.