И мы договорились. Капитан притащил нам тощее дело на псевдо-Попова, в котором мы ожидаемо ничего интересного не нашли, кроме одного рапорта, который стоил всех остальных бумаг и подтверждал необходимость посещения речного порта. Это был рапорт тех самых постовых из порта. В нём ребята вполне толково изложили, что капитан такой-то буксира такого-то обратил их внимание на подозрительного гражданина, который ходил по судам, стоящим у причала в поисках работы. Капитан его проверил во время разговора и убедился, что тот во флотском деле понимание имеет, но в отдел кадров почему-то идти не хочет. Это показалось странным, а когда соискатель ещё и намекнул, что готов «подмазать» кого надо, если потребуется, то он, как старый коммунист и фронтовик, это поганство терпеть не стал, а велел кликнуть милицию. С учётом изложенных обстоятельств и, учитывая отсутствие документов у данного гражданина, постовые его задержали и передали в дежурную часть.
Хозяин кабинета терпеливо ждал, пока мы изучали дело псевдо-Попова. Чтобы несколько уравновесить неприятность от учиненного разноса (обидного, что ни говори, хотя и полезного), мы прозрачно намекнули, что если всё пройдёт, как надо, он будет обязательно включён в раскрытие общественно значимого тяжкого преступления. И не просто в раскрытие, а раскрытие оперативным путём.
Товарищ капитан зарделся от такой перспективы. Что-то мне подсказывало при взгляде на него, что такого счастья с ним ещё не случалось за всю его долгую службу. Да и где его взять-то в этом скорбном заведении? Только, в очередной раз подчеркнули мы, никаких самостоятельных действий до нашего завтрашнего прихода.
Мы покинули убогую богадельню уже в лёгких сумерках и с большим удовольствием почувствовали, насколько вкусен вечерний воздух за её пределами. Мой напарник уважительно посмотрел на меня и произнёс:
— Я с тебя тащусь, Лёшка! Закрыл на минутку глаза во время твоего выступления, и никаких сомнений: большой начальник распекает подчинённого разгильдяя. И как ты умудрился на пустом месте повод для разгрома создать?
Я шутейно развёл руками, дескать, само получилось.
Эпилог
Утро выдалось пронзительным и ярким — не иначе, как бабье лето незаметно вступило в свои скоротечные права. Мы с напарником молча пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Говорить было не о чем, за ночь всё многократно обсуждено и проверено, и даже проведена телефонная консультация с родным начальством. Среди прочих новостей и ценных указаний нам сообщили, что, как только появилась дактилокарта Рыбакова, эксперты-криминалисты воспрянули духом и обнаружили-таки пальчики нашего злодея и на квартире Антоновой, и на двух квартирных кражах. Что ж, «коготок увяз — всей птичке пропасть», как гласит народная мудрость. А наша «птичка» увязла не только коготком, теперь она увязла по уши, если можно так выразиться. И самое главное то, что сидит она в «клетке».