— Давай помаракуем? — предложил я Джексону.

— Давай, — легко согласился тот и уставился на меня.

— Баранову для чего-то надо было обязательно оказаться на воле. Так?

— Так.

— И весточки на волю для этого было недостаточно. Иначе бы он никуда не побежал. Ведь ясно, что поймают, а потом и влупят дэ пэ за побег. Верно?

Митрофанов согласно кивал.

— Сколько он пробыл без присмотра? — поинтересовался я.

— Три часа. — быстро прикинул Джексон. — А может ему с кем-то встретиться нужно было?

Я чуть было не ляпнул, чтобы тот пересмотрел фильм «Место встречи изменить нельзя», да вовремя спохватился. Не знаю, существовал этот фильм уже или нет ещё? Вроде, попозже появится. Лучше не рисковать. Да и что значит: пересмотрел? Не появились ещё такие возможности. Поэтому я просто спросил:

— А ты думаешь, он знал, когда его повезут и повезут ли вообще?

— Нет, конечно! — честно признался сыщик.

— Значит, встреча отпадает, — хмыкнул я. — Скорей получается, что ему самому надо было что-то сделать. Только зачем он для этого дачи выбрал? Не под рукой ведь. Он, наверное, оттуда до своего дома, ну, там, где его задержали, целый час добирался в нынешних-то условиях.

— Это в каких это нынешних? — сразу поймал меня за язык Джексон.

Да в таких, хотелось сказать мне, при которых автобусное сообщение иначе, чем издевательством над людьми не назвать. Вместо этого я просто сказал:

— Да в сегодняшних.

Сыщик успокоился, а я спросил:

— Слушай, а у него обыск был?

— А на фига? — удивился Митрофанов. — Он же баклан. А в квартире у этой его сожительницы я был, видел их богатства. Хочется заплакать и свою зарплату отдать.

— Ладно! — не унимался я. — А родители, другие родственники? Он где жил до этой сожительницы? Ведь жил же где-то? Кстати, а нет ли у кого из его окружения дачки в том районе?

Джексон устал от нудного разговора. Хотел рассказать хохму, а вместо этого какой-то сопляк с трёхдневным стажем в уголовном розыске дурацкие вопросы ему задаёт.

— Да не знаю я! Я и вообще про этого баклана до прошлой пятницы ничего не знал. Ну не попадался он мне ни на глаз, ни на слух.

Я не отставал:

— А ты всё-таки наведи справочки. А то давай я сам.

— Вот и наводи. — сердито сказал Митрофанов. Всё игривое настроение его куда-то улетучилось. — Ты тут в розыске ещё птенец желторотый пока и не знаешь, что неписанная функция инспектора розыска — это разгребать завалы, а не нагребать на себя. Это только обэхээсники могут себе такое позволить — к себе грести. Наша задача, повторяю — от себя, и как можно дальше. Ничего, послужишь — поймешь.