Такое чувство, что Оля драила кухню с самого утра. На столе лежала новая скатерть, кафель и раковина пускали солнечных зайчиков, даже холодильник выглядел так, словно его только что купили и распаковали из коробки. Всё помещение казалось больше и светлее.

Сама Олька что-то чистила и резала на кухонной столешнице. Из всей одежды на ней была моя белая рубашка, которая едва прикрывала попу. Ну и в трусиках, наверное. Отсюда было не видно. Какие у неё длинные и красивые ноги, пришло мне в голову.

— Ты чего тут⁈ — обалдел я.

— Хотела борщ на обед приготовить, — ответила она. — А то ты одичаешь совсем. И не успела, — добавила Олька огорчённо, и даже как-то с вызовом, — рано вас, начальников домой отпускают!

Всё напряжение сегодняшнего дня вдруг схлынуло с меня без следа. Я порывисто шагнул к Ольке и обнял её сзади, прижимая к столешнице. Бёдрами я почувствовал её упругие ягодицы.

— Ну ты чего? Ну, прекрати! — Оля сделала попытку вырваться, но, кажется, только сильнее прижалась ко мне.

— Тсссс… Тихо… — зачем-то сказал я, запуская руку под рубашку.

— Сейчас же на пол всё рассыплешь… — слабо упиралась Оля, — у меня же бульон на плите… Ай!

Трусики на ней были, но они нам не помешали. Я смахнул в сторону нарезанную морковку, капусту и ещё какую-то овощную хрень и уложил Олю грудью на столешницу. Она ещё пыталась возражать, хотя её трусики болтались нише колен, а попа призывно оттопыривалась.

Я вошёл в неё, яростно трахая всё сильнее. Хотя Олька и не была той самой «бабой потолще» но встретилась мне сегодня очень вовремя. Она только тихонько всхлипывала, раззадоривая меня всё сильнее. На конечную станцию наш поезд пришел почти одновременно.

Сначала Олька затряслась мелкой дрожью, приподнимаясь на носочки и впиваясь ногтями в мои запястья. Затем я едва успел выйти из неё, буквально рыча от удовольствия.

— Ненормальный, — Олька вывернулась и убежала в ванную.

Проблему безопасного секса надо было решать. Разбаловали меня Марина, София и прочие опытные и взрослые женщины. А здесь вся ответственность на мне…

— Ну вот, раскидал всё — ворчливо заявила Оля, вернувшись из душа. — сам виноват! Без обеда остался.

Её физиономия сияла такой улыбкой, что я ей не поверил. Она налила воды, размашисто поставила чайник и уселась рядом со мной.

— Поехали, поедим куда-нибудь? — предложил я.

— Поехали! А куда⁈ — Олька вскочила и прижала ладони в груди, радостная дошкольница перед Дедом Морозом, — в кафе?

— В ресторан, — вальяжно заявил я.

Мастер попросил меня быть в людных местах. Разве ресторан не подходит под такой определение?