Корявые и жуткие мёртвые деревья вдоль дорожки тянули свои сухие ветки, словно суставчатые лапы. Пауков в их кронах больше не было. Потребность в этом рубеже обороны отпала. Эту миссию взяли на себя сами жрицы.

Вдоль дорожки стояло четыре мужика в шортах и масках-намордниках, почти точные копии убитого мной Гильгамеша. В руках копья. Вид суровый. Матриархат собрал среди игроков мужского пола щедрую жатву.

С другой стороны, если за деньги организаторов обе стороны воплощают свои фантазии и от этого счастливы, с чего мне их осуждать?

Ещё один питомец мужского пола стоял в коленно-локтевой позе. На его спине развалилась совсем молоденькая сучка. Вся её одежда состояла из высоких лаковых сапог выше колена и россыпи чёрных татуировок, покрывающих всё тело и даже часть лица.

Сапоги она закинула на спину шестого раба, который изображал из себя тумбочку.

— Куда прёшь? — лениво поинтересовалась она.

Пятый уровень. Ник «Заноза». Нубка галимая.

У меня появилось огромное желание, даже не убивать, а просто перевернуть эту мелкую дрянь на живот и выпороть хорошенько. Чтобы внести в её засраные мозги хоть немного уважения к старшим.

Но с другой стороны, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Это епархия Софии, вот она пускай и воспитывает неокрепшие умы своих подчинённых.

— Знаешь, кто я?

— Неа, — равнодушно мотнула головой Заноза.

— Позови ту, которая знает.

Заноза окинула меня взглядом. Уровень я подключил, и это возымело свои последствия. До неё дошло, что даже сил питомцев в масках будет недостаточно, чтобы устранить помеху в моём лице. Взгляд сучки взгляд слегка затуманился. Строчит в чате. Зовёт подмогу.

Хлопнула дверь и, стуча каблучками, к нам присоединилась ещё одна «паучиха». Эта была постарше смуглая, скуластая, с восточными чертами лица, красивой попастой фигурой и крупной грудью, которая деловито подпрыгивала при каждом шаге.

Так как шла паучиха быстро, её сиськи устроили настоящее соревнование, кто выше подпрыгнет. Прыг-скок! Прыг-скок! Левая-правая… Зрелище завораживало.

Хлоп! Восточная красавица залепила Занозе оплеуху, и та кубарем покатилась со своего трона. Смуглянка ухватила её за волосы и ткнула носом в мои сапоги. Сама она бухнулась на колени рядом.

— Простите нас Господин Таргитай! — пылко воскликнула она. — Владычица Теофилия передаёт свои извинения и молит о снисхождении к своим ничтожным рабыням!

— Да ладно, чего уж там, — ответил я малость смущённый таким порывом.

— Извиняйся, дура! — смуглянка снова ткнула Занозу носом в мой сапог. Умоляй, если не хочешь, чтобы твои внутренности сожрали дети Лолс.