* * *

На протяжении всего урока Елена не находила себе места. Я сообщила ей о намерении императрицы представить ее высшему свету на дебютантском бале рода Каджар. Ее волнение было вполне объяснимо, ведь бал должен состояться сразу после Дня благодарения, в начале осени. Иными словами, до мероприятия оставалось меньше двух недель. Можно было только представить, какой это стресс для столь робкой девушки.

– На сегодня хватит.

– Простите?

Было заметно, что Елена и расстроена, и рада одновременно. С ее лица исчезло напряжение, но она все еще пыталась понять причину моего решения завершить занятие. Судя по часам, мадам должна была вот-вот прийти, поэтому я и решила закончить урок пораньше.

Елена собиралась быстро встать и уйти, но я удержала ее, заставив присесть.

– Что… Что-то еще?

– У нас осталось одно дело.

– Кроме уроков есть что-то еще?

Не успела девушка договорить, как в комнату вошла мадам. Она даже не взглянула на Елену, а сразу направилась ко мне, чтобы, как всегда, приветствовать светским поцелуем.

– Чудесный день, леди Мизериан. Ваша ослепительная красота, как всегда, вдохновляет меня. Я пошила чудесное повседневное платье, которое прекрасно вам подойдет.

– Отправьте его в фамильное поместье. Но сегодня я позвала вас не с целью выбрать платья для себя, а чтобы сшить его для нее, – я указала на Елену.

Мадам внимательно посмотрела на девушку. С улыбкой на лице, но холодным тоном она сказала:

– Простите, моя леди, но я шью наряды исключительно для знати. Как бы ни была прекрасна девушка, это невозможно.

– Не вы ли в день моей церемонии совершеннолетия отдали мое платье, чтобы эта девушка надела его?

– Та ситуация – исключение. Как могла простая портниха ослушаться императорского приказа?

– В таком случае вы тем более обязаны сшить для нее платье, ведь по приказу ее императорского величества эта леди скоро дебютирует в светском обществе.

Мадам прищурилась, словно оценивая, правду ли я говорю. Елена, до этого молча слушавшая наш разговор, вдруг запаниковала и замахала руками.

– Нет-нет! Совсем не обязательно шить специально для меня платье! Да и это, должно быть, очень дорого.

– Ваше беспокойство ни к чему. Императорская семья не станет требовать с вас платы за платье.

– М-может быть, я просто пойду в город и куплю себе что-нибудь…

– Леди Антебеллом.

Я взяла ее за подбородок и повернула к себе. Я понимала, каково это – не иметь ничего и вдруг получить дорогой подарок. Такой жест вызывает смущение и чувство неловкости. Однако посчитать что-то чрезмерным и вежливо отказаться от этого – это совершенно не то же самое, что вести себя жалко и убого.