Проведя профилактическую беседу, я ушёл, а когда добрался до опорника, увидел, что меня уже поджидают. У дверей стоял незнакомец, на вид лет под тридцать. Как только увидел меня, сразу рванул навстречу и протянул руку для приветствия.

Зайдя за мной, он поставил на пол пакет. При этом я услышал, как с характерным звоном, столкнулись полные бутылки, и невольно насторожился.

— Саня, ну ты как, надолго здесь завис? — панибратски поинтересовался незнакомец, при этом дав понять, что у него с дядей Сашей товарищеские отношения.

— До двенадцати буду дежурить — ответил я, решив пока ситуацию не обострять.

— А может, ну его, это дежурство. К тебе сюда после восьми всё равно никто не придёт. Да и начальство не проверит. Ты сам мне это говорил. Давай закроемся, посидим, выпьем по-людски. А то я калым за поставленный для бани сруб получил, надо половину обязательно пропить, причём срочно.

Видимо, собеседник был одним из тех, кто начал бухать с дядей Сашей три месяца назад. Да и знали они друг дружку, скорее всего, очень давно.

— Не, я пить пока завязал. Сам видишь сейчас на службе.

Я указал на стопку папок и разложенные на столе бумаги.

— А перед отпуском это тебе не мешало — не успокоился незнакомец. — Сань, ну, давай по пять капель. А то трубы горят. Ну не обижай ты своего закадычного школьного дружбана.

И как только незнакомец напомнил о школе, я сразу вспомнил, где его раньше видел. Во-первых, на фотографиях, в альбоме, найденном в квартире. А во-вторых на похоронах дяди Саши. Кажется, он был одним из тех, кто нёс его гроб.

— Я же сказал, пить не буду. Да и не отвлекал бы ты меня, а то бумажной работы куча. — Я снова указал на стопку папок.

Несмотря на мой ответ, одноклассник дяди Саши канючил ещё минут десять. При этом он совестил и призывал не забывать друзей. Это раздражало, но грубить было нельзя.

Опыт подсказывал, что здесь что-то нечисто и припёрся он сюда не просто так. Но в чём именно подвох я сразу не просёк. В конце концов, у бывшего собутыльника закончились аргументы, и он ушёл, даже не попрощавшись и при этом громко хлопнув дверью.

Закрывшись на ключ, я сразу же отправился в архив и осмотрел улицу. Не заметив ничего подозрительного, вернулся. Решив кое-что проверить, начал штудировать журнал вечерних дежурств и обнаружил, что одна из страниц аккуратно вырезана. Судя по датам, около трёх месяцев назад, во время дежурства дяди Саши случилось некое происшествие. После этого он удалил запись, потерял интерес к жизни и начал спиваться.

Вечер прошёл спокойной. Никто в опорный пункт со своими проблемами не приходил. Звонков из РОВД тоже не поступало. А без пятнадцати двенадцать, в тот момент, когда я начал собираться, окна осветили автомобильные фары. Вслед за этим в запертую дверь начали ломиться.