— Нинка, здорово, — крикнул какой-то парень, и я заметил, как молодой человек недовольно насупился, заметив, что Кудрявцева в порыве эмоций схватила меня за руку, но тут же отпустила и продолжила жестикулировать.

Общаясь с девушкой, я не забывал поглядывать по сторонам. Привычка, что поделать.

На возглас Кудрявцева обернулась, улыбнулась, махнула ладошкой, приветствуя окликнувшего, но тут же потеряла у нему всякий интерес.

— А вот скажите, Егор Александрович, какие сказочные герои там у вас в Москве приходят на линейку… День Знаний, да? Ах, какое чудесное название! — в очередной раз восхитилась собеседница. — Это же прямо-таки в самую точку! Ну ведь действительно! Первое сентября ведь день знаний. Дети идут в шкоул, студенты на учебу. Как замечательно вы придумали, Егор Александрович! — девушка в сотый раз всплеснула ладошками, выражая восторг.

— Нина Валентиновна, — оборвал я поток. — У меня предложение…

— Какое? — тут же откликнулась Кудрявцева — Предлагаю перейти на ты, во всяком случае, когда мы не в школе. Что скажете?

— А вы знаете, я, пожалуй, и не против, — чуточку кокетливо согласилась Ниночка.

Я же продолжал ощущать спиной сердитый взгляд парня, который поздоровался с девушкой. Интуиция намекала, что со знакомцем Нины могут быть неприятности.

Но что они случатся в тот же вечер, об этом моя чуйка промолчала.

* * *

— Ты кто такой? Чего возле Нинки трешься? — раздался голос и через секунду из-за раскидистого куста, что рос возле моего забора, появился обладатель хриплого прокуренного баритона.

— И вам добрый вечер, товарищ, — въедливо ответил я, игнорируя хамство.

«Молодым человеком» называть товарища Нины не стал, вовремя вспомнив, что нынче я в теле такого же молодого.

Парень проигнорировал мою попытку разойтись по-хорошему, я про себя скривился, понимая, что недовольный селянин желает познакомиться поближе. Но не со мной конкретно, а с моими кулаками.

— Ты кто такой, спрашиваю? Ну? Чего возле Нинки трешься. Моя она, жених я ейный, — набычившись, продолжил товарищ, не дождавшись от меня ответа.

— А Нина Валентиновна знает? — поинтересовался я с легкой насмешкой в голосе.

— Чего? — моргнул бугай.

— Того. Нина, говорю, Валентиновна в курсе, что ты жених ей? Не слыхал от нее такой информации, — пояснил непонятливому.

— Чего?

— Того, — вечер переставал быть томным и превращался в нудный.

Драться не хотелось, потому я прилагал все усилия, чтобы угомонить неугомонного товарища Кудрявцевой, и уйти в свой двор. В мыслях я уже принял летний душ, поужинал и завалился на кровать с бумагами Егора. В действительности же приходилось торчать возле двора, вести переговоры с неизвестным, пытаясь вычислить: действительно ли он жених Нины Кудрявцевой.