— Тропинку в лес видели возле пятачка, где вы с Рыжим подрались? — деловито поинтересовалась Антонина.

Я с трудом удержал невозмутимое выражение лица. Успел подзабыть, с какой скоростью на селе разлетаются новости. Отчего-то был уверен, что про наше маленькое недоразумение знают от силы несколько человек. Похоже, очень заблуждался.

— Видел, — подтвердил я.

— По ней не ходите, — заявила Тоня. — Пойдете вдоль берега, дойдете до сломанной березы, возле нее свернете вглубь леса. А там недалеко. Не пропустите, — заверила Тоня. — Теперь можно домой, Егор Александрович?

— Спасибо, Тоня. Можешь идти.

— Ну, Тонька, ну ты… ябеда! — выпалил Федька Швец.

— Сам дурак, — флегматично припечатала Антонина, поднимаясь из-за парты. — Егор Александрович прав! Вовке нужна помощь! Совет! Иначе все, алес капут! Приберет его к рукам дядька Семен, обженит на Глашке.

— А тебе-то что с того, женит, или не женит.

— А вот такое! — с вызовом заявила Тоня. — Вовка с Леной с пятого класс дружат! И что? У них, может, любовь!

Рядом громко фыркнула Даша Светлова.

— Просто Вовка чересчур добрый, боится отказать, — мне показалось, что Тоня произнесла эти слова для Дарьи. — Между прочим, у Глафиры… у нее жених в институте! А дядька Семен и слышать не желает, чтобы Глаша в городе осталась! Ну по распределению уехала… У них, ну, у Глаши с женихом, у них все серьезно! Они собираются… — десятиклассница резко замолчала, осознав, что чуть не выдала тайну подруги.

— Тебе-то откуда знать? — поинтересовался Пашка Барыкин.

— Откуда надо! — буркнула Тоня. — Извините, Егор Александрович, я пойду.

Девушка подхватила портфель, гордо вздёрнула носик и с видом победительницы продефилировала на выход. Возле дверей обернулась, посмотрела на Федьку и ехидно протянула:

— Му-у-у-жи-ик… — и вышла из класса.

«Похоже, Швец не выполнил какое-то обещание, теперь огребает», — усмехнулся про себя.

— Если вопросов нет, все свободны.

Я резко свернул наш внезапный классный час.

— Егор Александрович… — ребята не торопились уходить. Те, которые вчера участвовали в клубном побоище.

— Да, Павел.

— Вы правда пойдете к Вовке?

— Да, Паша, — ответил я.

— Зачем?

— Что зачем? Поясни свою мысль, — попросил Барыкина.

— Зачем вам это надо? — настойчиво повторил Павел.

— Затем, что я ваш классный руководитель. И если в моих силах помочь Володе как-то разобраться в жизни, мой долг это сделать.

— Понято, — Пашка как-то сник, видимо, ожидая от меня каких-то других слов.

Я же мысленно отругал себя: прозвучало казенно и как-то холодно что ли, официально, не по-людски. Мой долг, должен… М-да, Саныч, накосячил ты сейчас знатно. Будем исправлять.