— Так мы продолжим с вашего разрешения, товарищ Тупиков?

Геннадий Геннадьевич раскрыл было рот, чтобы ответить высокому у начальству, но тут его в бок пихнул локтем председатель колхоза «Заветы Ильича», Тупиков опомнился и замолчал.

— На сегодняшний день, товарищи, мы имеем удручающую картину. Гибнет урожай. Гибнет огромнейший урожай. Товарищ Тупиков, который уверял нас с начала жатвы, что справится своими силами, выйдет в лидеры района и даже области… — начальник сделал выразительную паузу и оглядел собравшихся. — Товарищ Тупиков не справляется у с уборочной.

В голосе Сергея Игоревича послышалось откровенное издевательство. В кабинете товарища Боброва воцарилась тишина. Слышно было как несчастная муха, случайно залетевшая в комнату, перепугано ищет выход, тыкаясь в стекло. Те, кто сидел напротив окна, невольно наблюдали за битвой века, сочувствовали насекомому, которое долбилось в одну точку, тогда как рядом имелась открытая створка.

Секретарь, седовласая дама бальзаковского возраста в костюме темно-синего цвета, в очка в роговой оправе, тяжелым узлом волос на затылке, невозмутимо поднялась со своего места, взяла линейку, подошла к окну и прибила несчастную крылатую тварь.

В гробовом молчании вернулась на свое место, с невозмутимым видом положила линейку на стол, придвинула к себе листы бумаги, взяла ручку и приготовилась дальше протоколировать собрание.

Начальник сурово, но одобрительно проводил секретаря взглядом, и тут же нахмурился еще сильнее, когда в поле его зрения снова оказался страдающий от похмелья потеющий Тупиков.

— А ведь мы говорили товарищу Тупикову, мы предупреждали, увещали. В конце концов, мы настоятельно рекомендовали и предлагали товарищу Тупикову свою помощь. Неоднократно предлагали, попрошу отметить это в протоколе! Не так ли, Геннадий Геннадьевич?

— Да-да, полностью поддерживаю, — забормотал председатель колхоза «Слава Октябрю», жадно глядя на бутылки «Боржоми», но не решаясь протянуть руку и налить себе воды.

— Что вы поддерживаете⁈ — взорвался начальник управления. — Вы поминаете, что вы несете? — Бобров грохнул по столу кулаком. — Или вы над нами издеваетесь? — прищурившись, гневно поинтересовался начальник.

— Прошу простить, не понял, не расслышал! Ни в коем случае! — залепетал Тупиков и попытался встать со своего места.

Председатель-толстячок бодро приподнялся, но неудачно зацепился животом за кромку, и едва не приключился казус. В последний момент Геннадий Геннадьевич умудрился крепко ухватиться за стол толстыми пальцами и не упасть вместе со стулом на зеленую ковровую дорожку, что покрывала пол в кабинете высокого начальства.