— А кто её поджог?

— Ну раз рядом нет ни одного огневика, то скорее всего я.

— Вы? Вы же…

— Зачарователи такие маги, что способны на многое. Слабенько и невпечатляюще, но кое-что могут.

— Я понял. Пока одни кидают водяные и воздушные копья, жгут врага огнем, вы просто их умерщвляете. И я бы не сказал, что вот этот сюрприз был невпечатляющим.

— А в этот раз мы работали вместе, дорогой барон! Вместе маги способны на совсем уж страшное.

— И много у вас в кармане таких фокусов?

— Какое-то количество. И я постоянно выдумываю что-то новое.

— Кстати, ваше сиятельство, а почему на вашем гербе повозка, а не магический жезл?

— Мой мудрый король прозорливо понял, сидя вдали от полей сражений, что свою войну я выиграл не магией, а маневром и снабжением. Что и повелел увековечить на гербе. Такому королю служить вдвойне приятно.

— То есть это была не издевка? — Баро недоверчиво смотрел на развевающийся над каравеллой штандарт.

— Нет, это был жест уважения к моему полководческому таланту. Мужественно броситься в атаку и погибнуть может любой, а вот упасть на голову с неожиданного направления и одолеть войско противника, большее твоего вдвое — вот это славно!

Стоянка в этом необычном ущелье, прорытом рекой, затянулась на несколько дней, мы ждали, а потом отбирали матросов в свою команду. А они оказались в этих местах штучным товаром. Так что у меня было время в сотый раз прикинуть, чем усилить боевые возможности «Угнетателя». И ничего путного, кроме «магического жезла», в голову не приходило. Так что уже на следующий день я искал путную кузницу. А потом через переводчика объяснял, чего хочу.

А хотел я толстостенную стальную трубу. С постоянным внутренним диаметром и предсказуемой геометрией, то есть круглого сечения. Не овального, не почти круглого. Нет, не гнутую! Не могу сказать, сколько моих нервов и железа перевел кузнец за два дня, но результат у него вышел на два с плюсом. Даже просто лист железа дюймовой толщины расковать оказалось проблемой. С учетом того, что я хотел, чтоб толщина была равномерной. А потом этот деятель кое-как смог согнуть его в как бы ровную трубу и заварил шов. Тоже кое-как. Последний штрих — как следует заплющить один конец трубы, вытянуть на нём хвостовик и оковать её усиливающими полосами стали. Внутренний диаметр получился таким, как я заказывал: практически «стандартные» два дюйма. Два моих дюйма, стандартные для моей личной артиллерии. А вот длина ствола покачала, всего сорок сантиметров или один локоть. С другой стороны, больше в таких условиях и не получилось бы. Шлифовка жерла ствола была весьма муторным и неприглядным занятием в условиях отсутствия токарного станка. Им занимались подмастерья кузнеца.