Тренироваться буду уже в море, когда экипаж доберем. Те, кто сейчас на парусах, уже вроде нормально бегают, науку освоили. Так что половина команды была, вторая заполняется. Скоро отчалим отсюда. И нет, посещать тутошнюю как бы столицу и местного лорда-протектора я не планирую. Лишний риск просто ради того, чтоб покрасоваться перед местными курами, мне не нужен. Закупаться не на что, продавать нечего, команду доберу здесь, и айда до Мерсалии! Ни дня лишнего не проведу здесь.

Тем более, что есть опасение — чем дольше стоять на одном месте, тем дальше будет расширяться слух про одну каравеллу, сильно потрепанную судьбой, набирающую всякий сброд в качестве команды. Или я не прав, или эдак можно дождаться реакции морского криминалитета, мать их за ухо, пиратов Караибского моря. И ни разу не смешно, что таковыми они и окажутся. Надо было с самого начала повесить на лобовое стекло табличку с большой надписью «Пустой», чтоб на моего «Угнетателя» никто не облизывался. Хотя вряд ли это помогло бы, ни стекла лобового нету, ни веры в здравый смысл местных морских разбойников. Одно хорошо — на здешних морских путях нет ГАИшников и прочих представителей властей. Да тут и самой власти не видно, если уж начистоту говорить.

Почти неделю мы стояли у причала на реке, теряя время. Хотя нет, нельзя так говорить, мы были заняты важными делами, у нас всё получилось. Хотя и не без неожиданных потерь — за осла мне выставили счет хозяева пристани. Главное, что у нас получилось собрать полноценную команду. Более того, не по нижней планке, а более-менее нормально. Даже скамейка запасных образовалась из моряков-самозванцев первого набора. Они уже весьма споро скакали по вантам, если вот это всё называется вантами — я не очень в теме.

Вообще, оказалось, что те шаблоны, которые осели в моей голове после чтения книжек про всяких там капитанов Бладов, просмотра фильмов про детишек тоже капитана Гранта и снова капитана Джека Воробья — все они ни разу не походили на суровую реальность моего третьего мира. Не было высоченных мачт, царапающих тучи, не было пирамидок из прямых парусов, уменьшающихся к макушке. Соответственно по реям не ползали матросы, не подвязывали паруса специальными веревочками. Всё было проще и сложнее разом. При необходимости убавить парусов, косой реёк опускают вместе с парусиновым полотнищем, а когда парус нужен, снова поднимают вверх. Так что команда «Поднять паруса!» здесь звучит совершенно логично. Да, мы снова установили третью, кормовую, мачту. А я наконец-то заучил названия всех мачт и парусов. Всех, какие у нас имеются. Первая по ходу мачта называется фок-мачта, вторая, она же самая высокая — грот-мачта, третья зовется бизань-мачта. И самые большие нижние паруса на них соответственно фок, грот и бизань. Ничего сложного! Ах да, на бушприте есть еще один недо-парус, он прямой, и я забыл его название. Так и хочется его назвать маневровым.