УБР 445-1 «Гермес» — это детище передовых технологий нашего военно-промышленного комплекса, аналогов в мире, как показала последняя война, нет, поэтому их применяют как самый значимый козырь в этой военно-политической грызне.

Македонские мятежники перешли в Албанию, где их встретили с распростёртыми объятьями, после чего организовали диверсионные группы, которые теперь проникают на территорию Македонии.

Так всё продолжалось до прошлой недели. Мы взяли границы под полный контроль, перекрыли всяческие полёты, переходы и теперь день за днём сбивали дроны-бомбардировщики.

Вроде как войны официально не объявляли, но боевые действия шли и идут.

Дроны собираются в Албании, частными подрядчиками, буквально печатаются на 3D-принтерах в подпольных мастерских, откуда доставляются на подготовленные площадки, коих тысячи, а затем летят в Македонию, чтобы нанести хоть какой-то урон контингенту войск РФ, то есть нам.

ООН никаких миротворцев не прислало, хотя мировая общественность трубит о том, какие же мы всё-таки убийцы, всем контингентом геноцидящие население Македонии... Боятся они лезть после войны, в которой мы победили.

И никто не забыл, как миротворческий контингент ООН фактически оккупировал Псков сразу после того, как оттуда выбили наши войска.

Да, там много всякого дерьма произошло, не отмоются уже...

Если у кого-то до войны были сомнения насчёт отношения к нам окружающего мира, то теперь даже до самых тупых дошло, что мы тут одни: Китай воздержался от участия в защите соседа, чем нарушил условия ОДКБ и здоровски потерял рейтинг в глазах Совета псевдо-ИИ, Монголия, как в старые-добрые времена, выслала материальную помощь, а страны СНГ отправили объединённый контингент, на время перешедший по командование генштаба ВС РФ.

Когда удалось вернуть Совет псевдо-ИИ, всё резко наладилось, так как войска получили нужные команды и начали стремительное наступление по всем фронтам, к которому не готова была ни одна армия мира. Мне до сих пор удивительно, как всё не дошло до ядерной фазы.

— Гектор, смотри, — предупредила меня Прасковья.

Перед моим лицом возник экран. А на экране находилась картина развалившегося дрона, сооружённого из говна и палок, то есть из пластика, стали и кремния, а также некая группа лиц.

— Ты знаешь, что делать? — спросила Прасковья, приподняв визор оператора.

— Граждане, покиньте данный участок местности, — произнёс я, а автономный бортовой псевдо-ИИ перевёл это на четыре языка и озвучил, чтобы каждый понял. — Есть риск детонации бомб, поэтому как можно скорее удалитесь в безопасное место на расстоянии не менее километра, работают сапёры.