— А если двинусь, то что? — не смог не поинтересоваться я.

— Включатся автоматические пулеметы, — ответил Эдик, но тут же поправился, — шутка, там охрана сидит, она резких движений не любит.

— Так может, ты тогда первым пойдешь?

— Нет, порядок у нас такой — главный идет замыкающим.

Ну если такой порядок, надо его соблюдать — медленно по шажку я спустился на десять ступенек, само собой сосчиталось. Там обнаружилась небольшая комнатушка, освещенная слепой лампочкой сверху, а сбоку стоял стол с обещанным усатым прапорщиком. Который немедленно сообщил мне распорядок действий:

— Руки за спину, лицом к стене, живо.

Я подчинился, но тут к нам присоединился Лимонов, протрубивший отбой.

— Он со мной, Григорьич, — сказал он прапорщику, тот тут же обмяк, но все равно продолжил сидеть по стойке смирно. — Мы на полчаса, дай ключ, — закончил свою мысль Эдик.

Прапорщик открылверхний ящик стола и молча вытащил оттуда самый обычный английский ключ, правда, чуть подлиннее стандартных. Лимонов молча отпер замок на двери справа, такой же толстой, как и наружная.

— Заходи, — бросил он мне через плечо, а ответил я так, — серьезные двери, тут бомбоубежище что ли было при советской власти?

— Заглубленный командный пункт,- ответил он, тщательно закрывая за собой дверь. — Садись, кино сейчас покажу… — и он кивнул на стул, стоящий рядом с видеодвойкой, такие аппараты были популярны в 90-х, сверху телевизор, обычно небольшой, 14 или 20 дюймов, внизу видик.

Сами посмотрите, если забыли

Делали их обычно компании третьего ряда в этом бизнесе, Фунай, Шиваки, Саньо, но здесь, видимо в виде исключения, стоял Панасоник.

— Можно было бы и у меня дома посмотреть, — заметил я Эдику, — у меня почти такая же техника стоит…

— Нельзя, — отрезал он, — а почему, сейчас сам увидишь.

Он взял пульт от этого агрегата, включил сначала телевизор, потом видео, и когда все это прогрелось, а на это при кинескопном оснащении уходило обычно до минуты, сначала перекрутил пленку до начала, далее нажал на Старт.

— Оперативная съемка, — объявил он, — кто и как снимал, лучше не спрашивай, чтобы я не начал врать тебе в ответ.

На экране появилась БМВ белого цвета, подъехавшая к стоянке паровозов, это на Сортировке, сразу вспомнил я. Далее из БМВ вытащили двоих, камера наехала трансфокатором, поэтому их лица стали сразу узнаваемыми — это были Женя Зайцев и Костя Черноусов. А еще чуть далее из подъехавшего Мерседеса вылез я собственной персоной, и в руке у меня был большой черный пистолет, не то Макаров, не то Токарев.

Я молча досмотрел кино до конца, где Костю с Женей привязывали к паровозам, причем я принимал в этом самое активное участие, пытаясь сохранить хладнокровие, но получалось это не очень здорово. Лимонов остановил видео и выключил технику.