Вот чего сложного, объясни народу, поставь в пример Бирона и Петра второго. Один выжил и, вон, хромает по двору, а второй в аду сковороды лижет. Нет. Равняйсь! Смирно! Раздевайсь! Сейчас вас будут оспой заражать. Это приказ его Высокопревосходительства министра Обороны господина Бирона.

И чуть не взбунтовал Семён Андреевич роту бородачей. Хорошо Иван догадался сбегать за Бироном.

— Шумят гвардейцы! Отказываются оспой заражаться! — Иван дышал как паровоз, а всего-то сто метров пробежал, да на второй этаж поднялся. Нужно физподготовку внедрять и впереди роты бегать. Только нога заживёт и начнём.

— Распусти народ. Скажи, что не будем прививать, — тяжко вздохнул Иван Яковлевич и оторвавшись от написания устава караульной службы, стал обувать сапоги.

Нога заживала быстро, какими-то мазями на основе дёгтя её мазали. Вонючими. Помогало.

Солдатиков уже во дворе не было.

— Иван, — тот нёсся докладывать, наверное, что бунт предотвращён, — Иван зови сюда всех офицеров. Даже тех, кто в карауле. Я в ротонде буду.

Собрались господа лейб-гвардейцы только минут через сорок. Хорошо, погода почти летняя, три дня до него осталось. Птички поют, ветерок тёплый запахи… навоза приносит. Всё же три сотни лошадей выделяют из себя кучу удобрения. Сиди, нюхай, отдыхай. А то, что несколько десятков уставов надо написать так ерунда. До ближайшей войны минимум три года, успеется.

— Все в сборе, Ваше Высокопревосходительство, — гаркнул подполковник, тоже офицерское собрание посетивший.

— Так, господа лейб-гвардейцы, скажите мне, все в курсе, что я себя от коровы Зорьки оспой заразил и выздоровел?

— Бу-бу-бу.

— Хороший ответ. Есть те, кто переболел оспой во взрослом возрасте и помнит, как болел?

Двое, несмело потеснив остальных зелёных, выдвинулось.

— Поручик…

— Отставить. Команда такая. Просто, если вы будете орать, то народ сбежится, а у нас тайная вечеря. Расскажи поручик тяжко было.

— Так точно, Ваше Высокопревосходительство.

— Повернись к народу мордой лица и покажи всем свою рожу рябую.

— Бу-бу-бу.

— Ага. Видели уже? Хорошо. Такую же хотите? А чего⁈ Вон, даже на шрам похоже на правой щеке. А вы знаете, что шрамы украшают мужчину? И даже борода у поручика те оспины скрыть не может. С бородами, кстати начнём бороться скоро. С париками, оно, как здорово вышло. — И в самом деле в парике был только сам Семён Андреевич.

— Бу-бу-бу.

— Согласен, а теперь на моё лицо посмотрите. Красавец. Рожа чистая, холёная, все девки ходят, оглядываются. А оспины только две. На руке. — Брехт демонстративно медленно снял кафтан коричневый, потом камзол — это жилетка такая, расшитая, из парчи, рубаху шёлковую и показал на правом плече две небольшие ямки. — И болел я, если считать только дни, что знобило, всего три денька. Потом просто не выходил, чтобы других не заразить. Завтра собираюсь своего сына старшего привить и дочку. И они не боятся, знают, что папка им плохого не пожелает. А вы господа лейб-гвардейцы боитесь? Кто боится пусть сделает три шага вперёд. Трусов прививать не будем.