— Иван Лаврентьевич, — переключился на министра Здравоохранения Брехт. — Давайте теперь про оспу поговорим. Я выздоровел, и если всякие неудобства, связанные с пребыванием в карантине, исключить, то всего три дня была температура, которую можно сбить отваром ивовой коры и почек, или теперь уже молодых листочков, малины. Плюс отвар петрушки. Корней петрушки. Считаю, что опыт удачный и его нужно распространить на всю страну. С чего предлагаете начать?

— Задача! Карантин⁈ — развёл руками Блюментрост.

— Согласен бесконтрольно это делать нельзя. Нужны прививочные бараки. Большие, человек на сто. И к ним доктора. И сиделок несколько из переболевших женщин. Питье подносить людям привитым. Деньги, я думаю, Государыня на такие бараки выделит, начнём с Москвы наработаем опыт, поймём, где ошибаемся, а пока эти бараки будут строиться, есть несколько мест, где всё это уже имеется.

— Что имеется? — вскинулся лейб-медик.

— Всё. И место, и сиделки. Монастыри. Анна Иоанновна, пригласи завтра митрополита Феофана Прокоповича и переговори с ним. Если монахи привьются, то простой народ, да и дворян легче будет уговорить.

— И то правда. Говорю же, умней господина Бирона в мире человека нет.

— Ох, перехвалите, Андрей Иванович, — довольная заулыбалась императрица. Словно не Бирона, а её похвалили.

— И ещё есть несколько готовых к прививке категор… групп людей. Это Преображенский и Семеновский полк. У них казармы. И у них дисциплина, какая-никакая. Это я сам команду дам. И вы своим подчинённым, кои ещё не болели прививку сделайте Андрей Иванович.

— Непременно. Сам-то переболел в детстве, вон, всё лицо рябое, а кто не болел из моих обязательно прививку поставлю, — вытянулся хоть и сидя Ушаков. Точно, есть дисциплина в армии.

— Чуть не забыл с этой болезнью! Иван Лаврентьевич, а вы в Низовой корпус отправили гонца с рецептом противомалярийным? — хлопнул Иван Яковлевич себя по лбу.

— Обижаете, Ваше Высокопревосходительство. В тот же день. А после на свои деньги скупил всю сушеную полынь на рынке и на корабле с купцом отправил в Астрахань, и денег ему дал, чтобы он после переправил в Баку.

— Благое дело, — перекрестилась Анна, — Ваня, прикажи Ивану Салтыкову с преображенцами все окрестные большие сёла и города объехать и скупить всю полынь на рынках и у травниц, да и снарядить отдельное быстроходное судно в Баку. Там, пишут мне, сотнями и сотнями солдатики и офицеры умирают от лихоманки в месяц. И зимой даже не прекращается эта зараза. Как бы от неё, как от оспы прививку найти, — она повернулась к Брехту.