— Да ты — золотой человек. Так. Как вернётесь, я вам сделаю дворянские грамоты. Всем четверым. И заплачу ещё за работу. Ещё есть вопросы?

— Паспорта бы. В порту…

— Вот паспорта. Твоё имя я знал — его и написал, а вы трое будете братьями Синицыными пока. Иван, Семён и Пафнутий. Разбирайте. А как с победой и герцогиней вернётесь, так получите и имена новые с документами. — Брехт осмотрел четвёрку душегубскую. — Теперь у меня вопрос. Справитесь вчетвером, или вам подмога нужна?

— Не нужно. Справимся, Ваше Высокопревосходительство. — Оглядев бывших солдатиков, покивал Прокопий, — А можно подпоручиками, там, или прапорщиками в отставке стать? Ну, после того как?

Точно — солдаты и сбежали от мордобоя офицеров, скорее всего. Вот теперь комплексы наружу лезут.

— Так и сделаем.

— Благодарствуем, Ваше Высокопревосходительство. Пойдём мы. Лето коротко. Поспешать надо.

Событие шестьдесят седьмое

Сражение выигрывает тот, кто твердо решил его выиграть.

Лев Николаевич Толстой

Кто думает, как победитель, рано или поздно побеждает.

Ричард Бах

Наконец хоть что-то сдвинулось с мёртвой точки. Иван Яковлевич где-то глубоко в мозгах своих, вечно спешащих, понимал, что и полутора месяцев не прошло, как он начал третий этап своего безвыигрышного мероприятия. Только вот было первое мая. Но это в мозгах, а душа рвалась побыстрее все сделать и побольше. И вот, седьмого июня прибыла первая партия снайперов из полков, что расположены невдалеке от Москвы. Приказ о добровольном ношении париков видимо до них не добрался ещё, так как все офицеры были в париках. Все прибывшие были драгунами и уланами. И это понятно. На лошади быстрее доскачешь, чем пешочком. Особенно если расстояние не тысячами вёрст измеряется. Прибыли из Пскова драгуны, из Смоленска, Владимира и других губернских городов. Всего приехало двадцать два метких стрелка.

Брехт радовался ровно минуту, когда ему доложили.

— Сопровождающие-то офицеры есть с ними? — задал он вопрос, чтобы понять, сколько нужно мест готовить для размещения, пока проводятся испытания.

Семён Андреевич Салтыков, который поднялся в терем, чтобы доложить о прибытие кавалеристов, крякнул, а из угла с иконами кхекнули. На кряк Иван Яковлевич не отреагировал, а вот кхеканье его насторожило. И не зря.

— Так точно, Ваше Высокопревосходительство. сопровождающие есть. — Салтыков опять крякнул. — Около сотни офицеров и генералов.

— Скоко-скоко?

— Я не считал, но перед рогатками одних кибиток штук десять. Даже кареты две. Не меньше сотни офицеров.

— Что такое, Ваня? — на крик Бирона из «потайной двери» показалась заспанная рожица Её Императорского Величества.