— Здравствуйте, господа лейб-гвардейцы. Сейчас я покажу вам пару приёмов и будете их отрабатывать.

Хрен. Все дартаньяны, всем хочется с немчиком силушкой померяться. Пришлось чуть изменить условия. Сначала Брехт по жребию с кем-нибудь спарринговал, и при победе его выбывший становился в пару с другим выбывшим, и уже без гонору шляхетского отрабатывал приёмы.

Всего двое и нашлось настоящих фехтовальщиков. Видимо француза в учителях с младых ногтей имели. Только сейчас времена не те ещё. Великой французской революции ещё не было, и массово французские дворяне в Россию не утекли. Даже вообще не утекли. Как-то обошёл стороной Пётр Францию. В основном приезжие либо немцы, либо голландцы с датчанами и англичанами. Школы фехтовальщиков в этих странах или отсутствуют или слабые. Нужны итальянцы и французы. Вопрос только нужны ли эти знания российским офицерам? Для чего? Чтобы на дуэлях убивать друг друга. Ну, так себе цель. В войне умение фехтовать на шпагах вряд ли может пригодиться.

Плюс в дартаньянстве преображенцев был. Бирона загоняли. Он еле живой с этой тренировки пришёл. Килограмм точно сбросил. Весь мокрый. А тут Анхен его к себе требует. Пришлось грязным и потным идти.

— Смотри, Ваня, мне уже сшили твои кроссовки.

Это, уходя на спарринг с преображенцами, Брехт рассказал Анне Иоанновне, как должна выглядеть обувь для пешей прогулки по местным лесам. И гляди ты, уже готова. Не оскудела земля русская талантами. Иван Яковлевич принял от седого уже мастера черевички. От сапожника пахло гуталином и кислым каким-то противным запахом. Но Брехт не морщился. Морщились фрейлины, от самого фаворита запах почище стоял. Что-то не так с обменом веществ у Бирона, явный запах нашатыря в поте присутствовал. И ведь до восьмидесяти дожил. Ссылка видимо спасла. Стресс сильный, испытания и голодание с организмом чудеса творят. Он от ненужных болячек самоизлечивается.

Кроссовками это Брехт их на автомате назвал, а Анне слово понравилось. Теперь и сама обувка, и слово приживётся. Иван Яковлевич взял один у мастера и повертел в руках. А что, не имея резины и пластмассы сделано на пять с плюсом. Идею подсказал Брехт, а сапожник её углубил и расширил. Если чуть от найков всяких с пумами отступить, то настоящие кроссовки и получились, а на ноге может и удобнее заграничных будут сидеть.

Подошву сделал мастер из двух слоёв толстой свиной кожи. И даже небольшой каблучок в полсантиметра присобачил из этой же кожи. В результате подошва получилась толщиной в пару сантиметров. И достаточно твёрдая, камни и ветки всякие не почувствуешь, наступив. И в тоже время подошва была достаточно упругой. Гнулась. Сверху была приделана придуманная Брехтом конструкция. Взяли валенок и обрезали по щиколотку. Потом впереди часть войлока удалили. И обшили всё это с обеих сторон парчой. А впереди сделали дырдочки в парче и шнурок серебряный от галуна вставили. А чего и красиво, и удобно.