Он-то в Варшаве быстро связь между Шатенфельдом и Осмоловским сыскал. Да и тебя, шляхтич, они только чудом тогда в колодце не прикончили. Спугнул их Щеглов. А так бы и сгинул навсегда, как и Осмоловский. Тело его уже вряд ли найдем. Бергман свое дело знал. – Значит, Ольга проведала про поиски Шатенфельда и приказала следить за домом Осмоловского? – произнес Стас. – Выходит, ей было известно, что это Осмоловский убил генерала? – Скорее всего, – ответил Репнин. – Бергман перед тем, как арест произвести, наблюдал за Осмоловским. – Но ведь с Осмоловским Зубовы расправились еще до Ольги. – Не знаю я, шляхтич, когда Ольга подхватила семейное предприятие. Вероятнее всего, как раз после вашей встречи на ассамблее. А может, после смерти папаши. И тебя она у ноги держала, чтобы в курсе дел быть. Хотя вряд ли до конца о твоей роли во всем этом догадывалась. Знатную ты ей загадку задал. А дамы это любят. Особенно такие, как Жеребцова. Я вообще уверен, что она вовсе не из-за денег братца с папашей из петли согласилась вытянуть и не из-за кровных уз. Любит она играть людьми и вершить их судьбы. Далеко пойдет. Думаю, в будущем мы еще о ней услышим. Английский посланник для нее мелковат масштабом. Ей монарха подавай для забав. – Я не совсем понимаю! – прервал советника Стас. – Как это услышим? Вы что, не собираетесь их арестовывать? – Не собираюсь, Станислав. И тебе не советую. Ты ведь своим дурацким выступлением у Жеребцовой дома открыл Зубовым все наши карты. У них уйма времени подготовиться была и что-то предпринять. Ты что ж думаешь, одного этого письма достаточно, чтобы их в тюрьму посадить? Князей, генералов да графьев Священной Римской империи – Зубовых? Проще все грешки на покойного папашу списать. – Не думайте, молодой человек, что мы это так просто оставим, – успокоил его граф. – Обер-секретарь Макаров доложит все его величеству. Однако уверен, император воспользуется нашими сведениями, только если Зубовы вдруг станут неугодны ему по совершенно иной причине. Обычное смертоубийство при дворе за преступление не считается. Монархи привыкли безнаказанно лишать жизни целые народы. Единственным прегрешением на вершине власти считается заговор против самой власти. Запомните это, Станислав. Фигуры величиной, подобной Зубовым, вообще редко казнят. В лучшем случае ссылка. Либо пока власть не сменится, либо пока то, за что сослали, вдруг не окажется ценным навыком для борьбы со своими врагами. – А чего ты раскис, Станислав? Сам подумай, сколько людей по твоей вине полегло