Глава II Хочешь знать, кто твой друг? Попади в тюрьму [31] . 1 Могилёв, Российская империя, февраль 1796 года Дорога. Она стала частью его жизни, его естеством. Вынужденный постоянно скитаться с малых лет, Стас искренне удивлялся, встречая людей, для которых даже поездка к родне в соседний повет представлялась крупным путешествием и внушала страх своей неизвестностью и непредсказуемостью. Ему же дорога придавала сил, гнала прочь суету. – Ваше благородие, – обратился к Стасу Захар, – надо бы коням передых дать. Да и самим о ночлеге подумать. Смеркается. Могилёв скоро. – Версты через две будет постоялый двор. Там и остановимся. Это был тот самый постоялый двор, где пять лет назад, когда Стас возвращался из плена в Минск к дядьке, сердобольный хозяин угостил его миской наваристой похлебки и куском ржаного хлеба. «Пан может остаться в конюшне до утра», – сказал тогда Стасу парнишка лет десяти, принесший еду, очевидно сын хозяина. Стаса тогда поразило, как корчмарь смог разглядеть в замерзшем, обездоленном оборванце, умиравшем с голода, благородного шляхтича. Тогда ему подумалось, что это был единственный раз, когда шляхетское происхождение спасло ему жизнь. Мысли его вернулись к королю. Что за человек Понятовский? Кое-что о нем Стасу рассказал перед отъездом сам Костюшко. Однако пан Тадеуш не счел нужным останавливаться на биографии арестованного монарха. «Это вы, Станислав, и в Тайной экспедиции выяснить сможете. Я же вам скажу нечто, что никогда не будет написано ни в одном досье, что так усердно составляет ваш генерал-прокурор для Екатерины. Да и ей это не надо. Кому, как не ей, знать все о своем ставленнике и бывшем любовнике. Да, король Понятовский когда-то был ее козырной картой в европейской политической игре. Екатерина стремилась сделать Польшу своеобразным буфером между Россией и Европой. Ее можно понять: устала она с Европой воевать, особенно когда по южной границе турки ей жизни не давали. Порта [32] никогда не оставит стремления вернуть себе Крым и российское побережье Черного моря. Только Понятовский оказался не таким карманным королем, каким она желала его видеть. Он служит Польше! Понимаете? Не шляхте, а польской нации! Поступки его во многом противоречивы. Он и сам, как большинство магнатов, не раз менял сторону и даже воевал против русских. После снова вступал с ними в союз. Он во многом нерационален, как и мы с вами. Однако, если вы в основе его мотивов увидите служение отечеству, вы легко сможете объяснить его действия и найти с ним общий язык.