Мама Ольги помолчала секунду, явно что-то решая для себя, а потом откинула со лба модную в этом сезоне трехцветную прядь, и хмыкнула:

— Можно просто Вика. Ладно, погнали. При нашей жизни расслабиться никому лишним не будет. Тост, говорите?

50 минут и девять тостов спустя

— Да ты, Петро, не части, так мы ни фига долго не посидим. Дорвался, блин, — возмущался опытный Митрич. — Сейчас надо паузу взять, передохнуть, перекурить. Как говорил прапорщик Сингаевский, осадить надо! Слава, Митя, где вы там? Пошли, вон, потанцуем, зря, что ли, эту караоке тащили?

— Ой, мальчики, а можно я песню поставлю? Где здесь выбор-то? Ничего не понятно.

— Вот микрофон, просто начинай петь, оно само подстроится.

— Ой, спасибо, Светуня! Вот, давай эту:

Закрой глаза, всё постепенно и тебя тут никто не заменит.

Утро подарит нам это мгновение и холода за окном не помеха.

Пока мы здесь в теплой постели, волосы волнами по твоей шее.

Касания трепетны и безмятежны, мы видимо нашли, то что долго хотели.

Девчонки, давайте все вместе!

Между нами тает лёд, пусть теперь нас никто не найдёт.

Мы промокнем под дождём и сегодня мы только вдвоём… [4]

— Мама, блин! — рыжая опять была злой и красной. — Ну не это же старье! Ты бы еще Егора Крида своего нафталинного вспомнила!

К моему удивлению, Кристину поддержала Людмила Сергеевна, мама Татьяны.

— Цыть! Юным девам слова не давали! — и она рассмеялась звонким и очень молодым смехом. — Ты не обижайся, Аглая, да? Так вот, Аглая, чтобы ты знала — это он сейчас лысый, толстый и с мешками под глазами, в которые весь гонорар за концерт засунуть можно. А в молодости Крид был тако-о-о-й мужчинка… У нас все девочки в него влюблены были.

Она любила кофе в обед

И по утрам ее вкусный омлет.

Она любила жить без проблем,

Меня манила красотой колен.

Тут к Людмиле присоединилась Кристина:

Работа двадцать четыре часа

И добивается всего сама,

Но она хитрая словно лиса

— меня манили ее глаза.

В общем, припев орали все пять мамочек хором:

О Боже, мама, мама я схожу с ума —

Ее улыбка, мама, кругом голова!

О Боже, мама, мама — пьяный без вина;

Ее улыбка, мама, — самая-самая! [5]

— Ну все, — махнула рукой Ольга. — Началось! Опять весь вечер этот рэп дурацкий слушать будем.

— Да это ладно! — Патрик сегодня была на удивление разговорчивой — Меня как-то на лето к деду с бабкой отправили. Так они — прикинь! — меня целыми днями древними русскими металлистами травили!!! «Да что бы ты понимала, внуча, ты вслушайся, это же молодость наша…».

И, кривляясь, затянула:

— «В этих срубах есть сердце и вены! Сердце! Сердце и вены!!!». Тьфу!!!