— Да не дергайся ты без толку! Думай, дура, думай! — неожиданно встрял с репликой Митрич.

Как ни странно, это подействовало. Ольга замерла на мгновение, а потом вдруг по-бабьи вцепилась сопернице в волосы, и потянула ее на себя, падая на спину. Татьяне ничего не оставалось, как упасть на нее, вот только к тому моменту Ольга уже успела упереться ей в живот коленками. Руки всегда проигрывают в силе ногам — и не прошло и пяти секунд, как Татьяна убедилась в истинности этой сентенции. Ольга буквально отбросила ее ногами от себя, сорвав руки с шеи. Миг — и обе принцессы уже на ногах, кружат, пожирая взглядом друг друга. Злобы во взглядах меньше не стало, но вот безоглядного желания броситься в схватку больше не было, готовность прямо сейчас уничтожить соперницу исчезла. Обе обожглись, обе в глубине души понимали, что недооценили соперницу, поэтому обе осторожничали.

— Ну, хватит! — не выдержала Светлана. — Заканчивайте свои бои в грязи, сделайте милость.

— Ага, щас! — по-прежнему пожирая глазами Татьяну, кровожадно ответила Ольга. — Сейчас, только ее жизни со своими уравняю — и закончу!

— Ты и впрямь дура, что ли? — вступила в разговор грубая Семеновна. — Ты чем условия слушала? Даже если ты ее действительно убьешь — у нее одна жизнь из трех снимется, а вот ты турниру ручкой насовсем помашешь.

Возразить на эту абсолютно резонную реплику было нечего, и степень кровожадности обеих соперниц рухнула стремительным домкратом.

— Блин, точно! — Ольга, забыв про соперницу, повернулась к Семеновне. — Блин, как же я затупила! Надо было дать ей меня задушить — сегодня и попрощались бы уже навсегда.

— Да для тебя тупить — нормальное состояние! — огрызнулась Татьяна, также опуская руки.

Драка закончилась сама собой.

— Ну что, — подытожил Митрич, — Драться вы не умеете даже на двойку, но вот голова у вас, слава богу, в драке периодически включается, поэтому обеим троечку поставлю. Драка — это не кто сильнее ударит, запомните раз и навсегда. Драка — это кто кого передумает.

— Так вы что, — первой догадалась Ольга, — специально нас стравили? Как собак?

— А что такого? — не стал отнекиваться Митрич. — Во-первых, вас и травить-то не требовалось, сами друг на друга кинулись, как только я подсказал, что можно. Во-вторых, вам действительно пора было немного пар стравить, а то вы такую глубокую личную неприязнь испытывали к потерпевшему[1], что это мешало бы тренировкам…

— К какому еще потерпевшему? — поинтересовалась Патрик.

— Неважно! — отмахнулся Митрич, — Ну а в-третьих, нам надо специализации в команде раскидать, а для этого мне надо знать, кто из вас на что способен. Но здесь еще разбираться и разбираться.