– Ты не виновата, ты просто хотела помочь. Не ругай себя.
– Ты не перестанешь быть моей подругой? – Она говорила так, словно вот-вот заплачет.
– Ну конечно же нет. Даже и не надейся!
– Я так рада, очень рада! Я всю ночь думала, что тебе сказать, так боялась звонить!
– Я не обиделась. Признаюсь тебе, у меня вообще, кроме тебя, подруг нет. – Это было правдой.
– Что? Мы лучшие подруги? Вот это да! – Она так радовалась, что мое настроение на короткое время улучшилось. – Ты тоже моя лучшая подруга! Но знаешь что? Мы все равно будем искать Айрин. Правда, в чате мне теперь не помогут…
– Твои коллеги злы на тебя?
– Меня удалили из того чата… – Она перевела дыхание. – Ну ничего, зато отвлекаться на него не буду.
– Прости, что принесла столько проблем в твою жизнь! – Я находилась в том настроении, когда готова извиняться перед всеми.
– Не смей извиняться. Мы подруги, а значит, должны принимать друг друга со всеми нашими проблемами! Кстати, у меня хорошие новости. У нашей сети в Гёчеке открывается новый отель. В горах. Я скоро поеду туда обучать персонал!
– Гёчек? Это же совсем рядом! – Я вспомнила, что до соседнего города было двадцать минут езды.
– Именно! Скоро увидимся! Как только мне сообщат, когда я туда еду, я тут же тебе позвоню! Ну все, мне пора бежать. Китайские туристы пришли.
Она отключилась, а я еще раз поблагодарила небо за то, что у меня есть такая подруга. Все же ощущение того, что ты не один в этом мире, сильно облегчает жизнь.
Затем я перевела дыхание и набрала инспектора Айтекина. Разговор с ним получился коротким: он явно был на работе и в окружении коллег. Я еще раз принесла извинения и за то, что подставила его, и за то, что он стал свидетелем моей панической атаки. Он слушал молча, периодически вставляя «тамам». Также я сказала, что готова связаться с той девушкой, которую по ошибке приняла за Айрин, и объясниться перед ней, но он сказал, что этого делать не стоит. Конфликт окончен, ей принесли извинения, и, кажется, она вошла в положение. Мне стало легче: значит, все же ситуация была не такой страшной, как рисовал мой мозг.
Затем я отправилась в дом, чтобы извиниться перед Алисой и Филиппом. Они уже не спали: из открытого окна доносилась музыка, девочка громко пела песни неизвестной мне певицы.
Я вошла в дом. Прежде в нем всегда была тишина, но в этот раз все оказалось по-другому: Алиса прыгала перед телевизором, пытаясь повторить танцы какой-то корейской группы, одета она была точь-в-точь как участницы коллектива – пышная юбка из тюля, топ и джинсовка. Рядом вилял хвостом Гектор.