– Привет, сестра и все остальные, – махнул он рукой. – Илькер, принеси выпить.
Впервые кто-то назвал этого человека по имени.
– Мой брат – полный отморозок, не знаю, зачем я согласилась его взять, – прошипела Камилла, и вместе с Луи они вдруг засобирались: время близилось к закату, и им требовалось переодеться для очередной фотосессии, снимки из которой должны были «окартинить» текст про любовь, сочиненный Луи.
На палубе мы остались вдвоем с незнакомцем. Солнце заливало все вокруг, но было уже не так жарко, как днем.
– Меня зовут Вария, – представилась я на английском.
– Илькер сказал, что у нас гостья. Так ты подруга этой разлучницы? – Он приподнялся на локтях и стал смотреть на меня.
– Ты про Айрин? Почему она разлучница? – Я вдруг поняла, что совершенно ничего не знаю ни про Айрин, ни про то, кем она приходится владельцу яхты.
– Потому что вообще-то Андреас встречался с лучшей подругой Камиллы, но потом где-то познакомился с твоей Айрин и бросил Меган. Эта красотка так вскружила ему голову, что он выставил свою бывшую с этой яхты где-то на Родосе. – Мужчина лег обратно.
Я не стала говорить, что слышу об этом впервые.
– Странно, что твоя сестра продолжает дружить с ним, а не с Меган.
Илькер принес ему виски.
– Все очень просто. Камилла и Луи – тупые и меркантильные. У Андреаса есть яхта и еще много чего, а у Меган ничего. Моя сестра пораскинула мозгами, или что там у тупых в головах, и решила, что Андреас им ближе. – Он лег на бок лицом ко мне. – Кстати, это перед тобой я с голой жопой ходил?
– Передо мной.
– Прошу прощения. Я не ожидал, что у нас будут гости, мне никто не сказал. – Он залпом допил виски, снова лег на спину и заложил руки под голову.
Я смотрела на него и думала, что, наверное, он подонок, раз говорит такое про всех, кто есть на этой яхте, но с другой стороны, он, так же как и я, считал Камиллу тупой, и это мне нравилось. Я тоже легла и подставила лицо солнцу.
– Кстати, меня зовут Руперт, – представился он, не вставая.
На этом, дорогой дневник, я, пожалуй, прервусь. Не знаю, сколько времени мне понадобится, чтобы описать все случившееся потом, а произошло очень много всего.
Запись 15 Исчезнувшая
Дорогой дневник, я продолжаю свое повествование. Надеюсь, Павел Дмитриевич не проклял тот день, когда в его жизни появилась такая сумасшедшая клиентка, как я. Я исправно отправляю ему все, что написала, он в ответ мне присылает эмоджи «рукалицо». Но я не могу прекратить писать. Во-первых, это действительно помогает, а во-вторых, в моей жизни сейчас происходит столько всего, что мне захотелось это увековечить.