Такой искренней радости я не видела давно, и мне было очень приятно.
– А это тебе, Юсуф, надеюсь, пригодится.
Его глаза загорелись, он открыл сумочку, достал подушку и заулыбался. Этот человек был немногословен, но взглядом умел передать больше, чем некоторые – речью. Он надул подушку и надел на шею.
– Какая удобная! Спасибо! – Затем он достал маску для сна и надел на лоб.
Официант принес вино и разлил по бокалам.
– Не хочу оставлять тебя тут, как ты справишься? Ты все время впутываешься в неприятности! – Зейнеп грустно смотрела на меня.
– Я клянусь тебе – я научусь жить без приключений!
Остаток вечера мы провели, обсуждая Айрин и то, во что она меня втянула. Солнце давно скрылось за море, небо было залито оттенками бордового – это означало, что ночь почти наступила.
– Вария, у тебя есть на что жить? Куда ты завтра поедешь? – Мы уже прощались, но Зейнеп все не могла перестать заботиться обо мне.
– Моя мать вышлет деньги, я продлю отель или сниму новый, подешевле, – соврала я – и не потому что стремилась скрыть от подруги правду, а потому что хотела, чтобы она уехала со спокойным сердцем.
– Это хорошо, что твоя мама поможет тебе, это очень хорошо, но если что-то понадобится, ты мне звони! – Зейнеп стояла, прижав пакет с платьем к груди.
– Конечно. Если что, попрошу у тебя денег в долг, ты теперь богатая!
Зейнеп закивала, а меня вдруг осенило!
Перед отпуском я оформила на себя кредитную карту, мы с Павликом решили, что заграница – дело затратное, и так как у нас не было накоплений, то решили в качестве подстраховки оформить кредитку. Как я могла про нее забыть! Мне стало вдруг намного легче. Я ругала себя за то, что не вспомнила про нее до того, как позвонила матери. Погашать задолженность по кредитной карте требовалось ежемесячно, и мне было нечем это делать, но как минимум месяц или два я могла очень даже небедно жить в Турции. Я еще раз обняла друзей, мы утерли слезы и разошлись в разные стороны.
В лобби отеля меня остановила новая сотрудница, та самая, которую взяли вместо Зейнеп.
– Мадам, завтра до одиннадцати утра вам нужно освободить номер, если вы его не продляете, – любезно сказала она.
– Думаю, я продлю. Спущусь к вам через несколько минут.
Я ехала в лифте и размышляла, не взять ли номер побольше. Теперь я точно могла себе это позволить, пусть и в долг. В номере я принялась рыться в рюкзаке, кредитка должна была лежать в конверте, в котором мне ее выдали. Я помнила, что активировала ее в банке, а потом положила обратно в конверт и запихала в рюкзак. ПИН-код у меня и у Павлика на все карточки был один и тот же, в том числе и на этой кредитке. Я вытряхнула все содержимое, но карты не оказалось. И тут осознала: ее забрал Павлик. Это было еще одно напоминание о том, что я чуть не связала свою жизнь с малодушным подонком.