Мой меч с особо острым лезвием сразу же залило кровью по самую рукоять, я двигался на предельном ускорении, всё тело болезненно ноет, меч рубит закованные в доспехи тела, словно те из грязного снега.
Отряд прорвавшихся, это человек двадцать, полег моментально. Я метнулся к пролому рядом с воротами, там лезут ещё и ещё, молча рубил и рубил, пока вал трупов не начал мешать перелезть во двор.
Выстрелы постоянно гремят с крыши дома, слышны выстрелы людей Перепелицы. Похоже, на них даже не отвлекаются, одна близкая цель — захватить барский дом и вырезать всех, кто там прячется!
Внезапно звонко и требовательно пропела труба, я не разбираюсь в сигналах, но даже мне понятно по тональности, что это к отступлению.
Прислонился к воротам, переживая тяжёлый отходняк, мышцы ноют, пошёл болезненный процесс регенерации, за время схватки растянул и мышцы, и сухожилия. Хорошо, хоть кости целы.
С крыши крикнул Тадэуш:
— Ваше благородие, передых?
— Ждём вторую атаку, — ответил я. — Будь наготове.
Со стороны противника всё ещё доносятся частые выстрелы, но по звуку слышу наши многозарядные винтовки. Сколько я выдал патронов? Да, по два магазина на каждого, и по сотне патронов в сумке. Ну, пятьсот не уложат, но всё равно ущерб продолжают наносить огромный.
Вот и преимущество новых методов войны и новых видов вооружения. Бездымный порох не даёт увидеть откуда стреляют, а скорострельность и дальность полёта пули сводят на нет любое преимущество в количестве армии.
Сейчас у Карницкого осталось не больше половины армии. Это всё равно много, но их положим ещё легче. У нас два десятка раненых, из них трое тяжёлых, это когда люди Карницкого прорвались через ограду, но угрозу ликвидировали, а раненых затащили в здание, там уже умереть никому не дадим, да и своя регенерация поработает.
Я ждал, затаив дыхание, второй такой атаки не выдержим, сметут числом, но со стороны противника пока никакого движения, наконец Мата Хари передала сообщение, так промодулировав голос, что он прозвучал ликующе:
— Убит старший сын Карницкого!..
Я перевёл дыхание, уточнил:
— А что с Гендриковым?
Она ответила почти так же радостно, надо сделать внушение, при убийстве людей нельзя радоваться, особенно искусственному интеллекту:
— Его подстрелили люди Перепелицы ещё на марше!
— Ранен?
— Да, но две пули в нижнюю часть живота, после таких ран не выживают.
Я пробормотал:
— Стыдно, неловко, но при всём гуманизме лечить не побегу.
Ещё час в напряжённом ожидании. Я видел с подачи Маты Хари, егери Перепелицы продолжают преследование отступающих отрядов Карницкого, отстреливают арьергард.