Утром я ввалился в спальню вконец опустошенный, сразу заснул, но и во сне ходил вдоль стен, простукивал, пытался сломать, но стены только с виду смотрятся как простой песчаник, на самом деле почти адамант, а это идея…
Утром я раньше Сюзанны спустился на кухню, где хозяйничает Любаша с тихой и скромной помощницей из деревни, быстро слопал первый поджаренный бифштекс и с большим пирогом в руке направился в столовую.
Не успел сесть, как в другую дверь вошла Сюзанна, свеженькая и чистенькая, как рыбка из горного ручья, в изумлении вскинула брови.
— Вадбольский!.. Нам через полчаса выезжать к Глориане, а вы в таком виде?
— Я, — пробормотал я, только сейчас заметил, что Сюзанна не просто Сюзанна, а уже в нарядном платье, даже причёска уложена так, словно над нею поработали сутки. — Мужчины собираются быстро! Кофе попьем — и можно выдвигаться на войну!
— В таком виде?
— Мой смокинг уже готов, — отрапортовал я. — Нужно в него только влезть.
— Смотрите, барон, — сказала она предостерегающе, — на пирогах Любаши скоро и в пижаму не влезете!
— Я умею не толстеть, — заявил я таинственно.
Её глазки сразу заинтересованно блеснули.
— Как?
— Секрет Рода, — сказал я гордо. — Но, если понадобится, то и вы не станете…
— Ой, боюсь и пробовать!
Она в самом деле с огромным удовольствием пила кофе, но к пирогам не притронулась, только выбрала из горки одну-единственную печенинку с обломанным краешком.
— Но если вдруг, — сказал я, — обращайтесь!
Она вздохнула, трагически подняла взгляд к потолку.
— Вадбольский, нельзя быть таким бесстыжим!
Я чуть не поперхнулся кофе.
— Бесстыжим?
— Ладно-ладно, думаете я не вижу, как вам хочется ко мне поприставать? Зажать где-нибудь, притиснуть к стенке и полапать?.. Барон, я не такая!.. И не надо меня раздевать взглядом.
Я поднялся, пробормотал, опустив взгляд в стол.
— Ваше сиятельство…
— Бросьте, барон, — сказала она дружески. — Мне мама объяснила, все мужчины такие. И ваш пыл сдерживают только этикет и правила приличия. Так что я вас ни в чём не обвиняю, это ваша мужская натура виновата.
Я вздохнул с облегчением.
— Ну хорошо, что это она виновата, а я ни при чём. Сюзанна, вы поедете со мной или в своем автомобиле?
Она сделала большие глаза.
— Шутите? Что скажет Марья Алексевна, увидев нас в одном автомобиле?.. Ладно, не расстраивайтесь, через пять минут буду готова!
— Пять минут или пять женских минут?
Она укоризненно покачала головой, кокетливо покрутила перед собой кистью руки с блестящими золотыми часиками.
— Давайте вам купим? Как вообще можно дворянину без золотых часов? Это же престиж!