— Саш! — Ольга потеребила меня за рукав.

Я и без нее слышал звуки из прохода, приведшего нас сюда — звуки похожие на топот ног, бегущих сюда людей.

— В общем, спасите Ленскую! — закончил я сообщение и нажал кнопку отправки. — Решила в какой коридор идти?

— Не идти, а бежать! — Ковалевская потянула меня в крайний справа.

* * *

Как только «Катран» свернул с Белоконного проезда, Элизабет снова оправила сообщение Алексу, уже четвертое или пятое за сегодня:

«Демон мой, пожалуйста ответь! Очень надо! Случилось кое-что очень нехорошее!» — взволнованно произнесла она, но говоря это, Элизабет уже знала, что Саша не ответит. Нечто таинственное в ней ясно подсказывало это. И еще баронесса точно знала, что ей сегодня никто не поможет — придется справляться самой. Впрочем, она привыкла решать свои проблемы сама. Теодор никогда не помогал ей. А те мужчины, которые тесно окружали ее в прошлом, они лишь сами брали от нее все, что хотели, ничего не давая взамен. Даже князь Мышкин: от их совместной деловой затеи прибыль получал он и Теодор, а Элизабет… Она имела совсем немного и не хотела даже вспоминать о своей роли в этой сделке.

Всю дорогу до Большой Павелецкой баронесса усиленно думала, как ей правильно поступить с визитом в грузовой порт. Сунуться туда одной без поддержки очень опасно, ведь сто раз понятно, что ее там будут поджидать. И если она не справится, то может стать так, что в Рим Майкл полетит не один, а с ней, закованной в наручники. Хотя это вряд ли — кто бы там не поджидал ее, они вряд ли смогут взять ее живой.

Как Элизабет не думала, обратиться за помощью ей было не к кому. Вариант с графиней Елецкой она отмела сразу. Она — не Алекс, а скорее его полная противоположность. Помощи от нее вряд ли дождешься. Если Елена Викторовна узнает, что с Майклом, то поднимет еще большую панику, чем утром. Снова обратиться в полицию, и все кончится тем, что люди Уэйна затаятся, придумают какой-то иной способ отправки ее брата за границу — наверняка для них это не проблема. А она, Элиз, потеряет след своего брата, и тогда уже точно не сможет его спасти.

Самым верным вариантом, было бы обратиться к Торопову или Растопину, но они оба в тяжелом состоянии в палатах целителей. Из знакомых, способных оказать поддержку, оставался лишь Алексей Самгин, и мысли о нем стали особо сложными. Вспоминая, что Алексей ушел из сыскного агентства незадолго до нападения и захвата Майкла, у нее возникли подозрения: уж не сам ли Растопин навел туда людей Уэйна. Ведь такое более, чем возможно. И разговор с Алексеем в его кабинете, кончившийся ее эмоциями, сложился как-то странно. Она просила дротики на «Гарант», он ей отказал. Вместо этого начал требовать, чтобы она заперлась в своей квартире, ни с кем не вступала в разговоры по эйхосу и ждала неизвестно чего. Что если ее подозрения верны? Тогда, сказать ему, что она знает, где Майкл, когда и как его будут отправлять за границу, означает свести шансы на освобождение брата к нулю.