— У меня нет платка. И мне нравится твое личико именно в таком виде, — я рассмеялся, но тут мой смех прервался из-за звуков в проходе, приведшего нас сюда.

Снова раздался отдаленный взрыв, грохот падающих камней. А затем показалось, что донеслись чьи-то голоса.

— Стоит поторопиться, — я схватил Ольгу за руку, увлекая за собой.

Мы пробежали через зал, мимо каменного идола, возвышавшегося у стены справа. Там, где начинались входы в три следующих туннеля, я остановился и сказал:

— Подумай, какой путь нам лучше выбрать. Может, возникнут какие-то идеи. Да, кстати, может почувствуешь из какого хода идет сквозняк. Давай, решай, я пока соберу оружие!

Оставив Ковалевскую перед темными дырами, начинавшими дороги в неизвестность, я поспешил собрать трофеи. Ввиду моего растраченного магического ресурса, остробои, а тем более гранатобой нам могли очень пригодятся. Остробой я взял только один, чтобы не отягощать себя и двигаться быстрее. За то прихватил к нему два комплекта запасных дротиков. Гранатобой оказался той же модели, с которой я познакомился, стреляя в патрульный катер ацтеков: три черных трубы калибра примерна 55 миллиметров, откидывающийся прицел и три изогнутых пусковых скобы.

— Саша! — раздался взволнованный голос Ковалевской.

Я поспешил к ней.

— Есть связь! Слабая, но есть! — Ольга с торжественным видом показала экранчик эйхоса.

— Отлично! Набирай тогда скорее! — диктуя ей номер Элиз, я поднял взгляд и увидел, что в своде этого зала, бывшего когда-то обширной пещерой, виднеется широкая трещина, уходящая куда-то высоко вверх. Небо через нее не было видно, но едва заметный серый свет в эту трещину сочился. Вероятно, благодаря ей мы получили возможность выйти на связь с верхним миром.

— Готово! — Ольга поднесла мне эйхос.

Я взял его и, опустив наземь тяжелый гранатобой, сказал, приблизив прибор ко рту:

— Элиз, здравствуй, дорогая! Я очень спешу. Мы с Ольгой попали в серьезные неприятности, лишились своих эйхосов. Будем временно без связи. Прошу тебя об очень важном: в театре Эрриди выступает и там же проживает, моя девушка, ну ты знаешь ее с моих слов — Светлана Ленская. Ей угрожает большая опасность. Некий Артур Голдберг избил ее и собирается насильно забрать ее из театра.

— Дай ей номер Ленской! — шепнула мне Ольга.

— Я не знаю! — ответил я, все еще держа эйхос у лица.

— Я знаю, — Ковалевская произнесла номер актрисы.

Я продублировал его для Элизабет и продолжил:

— Элиз, Светлану нужно обязательно защитить, а мерзавца Голдберга наказать! И это требуется сделать как можно скорее. Все это сразу же передай Торопову — пусть он немедленно займется этим вопросом! Дай ему на всякий случай номер ее эйхоса. Скажи…