Постепенно втянулся в рабочий режим. Утром пробежка, интенсивная зарядка, завтрак. Затем возня до обеда с каким-нибудь «убитым» движком мотоцикла, мопеда или автомобиля, ушатанной в хлам трансмиссией, забитой грязью системой подачи топлива, чисткой от нагара свечей зажигания, ну или еще чем-нибудь в том же духе. Далее обед и непродолжительный сон по русской традиции. Затем снова работа до шести часов вечера. Затем мытье под душем, ужин, после которого каждый из нас предоставлен сам себе. Братья, если позволяет погода, сваливают на вечернюю гулянку в село Большое. Я тренькаю на гитаре или раздвигаю мехи батиного баяна, предоставленного мне в безраздельное пользование. Часам к восьми, опять же если позволит погода за мной забегает верный Жом, и мы с ним идем на реку к месту традиционного сходняка пацанов нашего возраста.
Казалось бы, какой интерес мне взрослому мужику отираться среди малолеток? Ан нет, слушаю незатейливый мальчишеский трёп, сам нет-нет да что-нибудь интересное расскажу из читанного в прежней жизни. Эвон Шаха и прочих мальцов отвадил от курева яркими описаниями раковых опухолей, вредных смолистых отложений в легких и кровеносных сосудах, а также об ампутированных конечностях заядлых курильщиков — уже польза.
На днях в продолжении эпической битвы со мной случился забавный казус. Сегодня в кои-то веки, в батиной кузне (если объективно, в неплохой для этого времени, тем боле для сельской местности, механической мастерской) мне работы не нашлось, и я был милостиво отпущен маменькой на реку. Торчим, значит, мы с парнями на бережку Сонной, от нечего делать пуляем кумушки-блинчики, соревнуемся, кто больше отскоков от воды сделает. Пока первое место было за мной, следом с отставанием в два отскока шел Шах, прочие парни числились в аутсайдерах без какой-либо надежды догнать лидеров. По условиям соревнований каждому участнику предоставлялось десять попыток. Нами было реализовано таковых всего восемь, когда на сходку примчался запыхавшийся Лёнька Сизых и сходу заверещал, своим пронзительным детским фальцетом:
— Парни, атас! Сюда идут Ромка Ховрин и Мишка Зюзин. Су-урьё-озные! Кажись, Вовку метелить собираются. — И обратившись непосредственно ко мне добавил: — Подслушал, про тя, Вован, что-то баяли. Тика̀й, пока не пришли!
— Так, малой, ша! — осек пацана Шах, — без тебя сообразим, кому тика̀ть, а кому на месте оставаться! Дык. Сколько ты сказал их идет сюда?
— Двое, Ховря и Зюзя.
— Интересно, — задумчиво пробормотал наш неофициальный лидер, — с чего бы им вдвоем без кодлы? — И уже более оптимистично добавил: — Двоих-то мы в легкую отоварим, а нех к нашим домогаться. Они что, не понимают, что свово мы в обиду не дадим, будем драться, хотя бы со всеми старшаками разом, бо не по пацанским понятиям бросать друзей в беде. Сегодня ты бросил, завтра тебя кинут без зазрениев совестев. Ладно, пусть приходят. Побазарим. А ты, Володь, не ссы, в обиду не дадим.