Он жестом показал охране, что хочет подняться на лифте к себе в номер, но те лишь покачали головами и указали на ряд кожаных кресел у стены.
Он послушно опустился в кресло через одно от юридического советника Стивена Ловелла, который сидел неподвижно, уставившись в пустоту остекленевшим взглядом. Ловелл находился не в самом эпицентре стрельбы, но достаточно близко. Этот некогда невозмутимый человек был потрясен до глубины души. Впрочем, как и все они.
Бугатти поднял голову и стал отрешенно следить за светящимися цифрами над дверями лифтов, указывающими движение по этажам. Так он просидел довольно долго.
Все лифты замерли на двенадцатом этаже и не двигались минут десять. Вдруг телохранители словно по команде склонили головы, внимательно прислушиваясь к сигналам в своих наушниках.
Несколько человек быстро переглянулись и жестами приказали заблокировать входные двери отеля, обеспечивая безопасность прохода. В ту же секунду кабины лифтов пришли в движение. Сначала одна, затем остальные — они стремительно неслись вниз, словно соревнуясь друг с другом.
Бугатти попытался встать, но его тут же бесцеремонно усадили обратно. Охранники выстроились полукругом перед дверью лифта, прибывшего первым. Двери с тихим шелестом разъехались, и из кабины вывалилась группа оперативников с суровыми лицами. Посреди них, зажатый в тиски железной хватки, шел человек.
Игнорируя окрики охраны, Бугатти снова вскочил, но разглядеть лицо задержанного так и не смог. Процессия конвоиров быстро увлекла его к выходу, навстречу подоспевшим агентам в темных костюмах. За стеклянными дверями ночь то и дело взрывалась вспышками фотоаппаратов — на морозе томились сотни журналистов и зевак, ожидавших хоть каких-то новостей о ходе расследования.
Второй лифт доставил в вестибюль Томаса Сандерленда с ближайшими помощниками. Следом прибыли Уэсли Бэрфут, Догги Роджерс и другие ключевые сотрудники штаба Янсена. На Догги лица не было — бледная как полотно, она едва держалась на ногах. Все вокруг выглядели подавленными и встревоженными.
Бугатти решительно направился к дверям, и на этот раз останавливать его никто не стал. Он влился в толпу, двигавшуюся к главному входу, где выстроился кордон спецслужб.
— Всем оставаться на местах, пока мы выводим задержанного! — зычно скомандовал огромный телохранитель с золотыми браслетами на запястьях. Вокруг поднялся невообразимый шум. Охранники распахнули двери и вывели арестованного прямо под шквальный ветер, летящий в лицо снег и град вопросов от наседавшей толпы репортеров.
Сквозь общий гул Бугатти расслышал отчаянный крик Догги, но слов было не разобрать.