Ей захотелось со всей силы швырнуть маленького Будду на пол, но она сдержалась: мимо её открытой двери как раз проходили две секретарши, посмотревшие на неё с плохо скрываемым презрением. Когда она встретилась с ними взглядом, те поспешно отвернулись, будто один её вид мог им навредить.
Следующие полчаса она всерьёз думала о том, чтобы всё бросить. Позвонить Т. Перкинсу, попросить забрать её и увезти обратно в Вирджинию. Ведь именно этого от неё и ждали в этом доме. Чтобы она ушла сама.
Она уже держала руку на телефонной трубке, когда в её кабинет вошёл Томас Сандерленд. Он выглядел ещё более исхудавшим и серым лицом, чем обычно. На суде он выступил одним из самых опасных свидетелей против её отца, а теперь пришёл её черёд.
— Каковы твои планы касательно этой работы, Догги? — спросил он, и на его лице уже читался ответ, который он желал услышать. Он хотел, чтобы она ушла — тихо, мирно и по собственному желанию. Пока она оставалась здесь, обстановка оставалась напряжённой. Любовь к порядку, присущая этому бывшему военному, в данный момент заботила его куда сильнее, чем консультирование президента по вопросам мировой политики.
Она ничего не ответила.
— Президент Янсен не просил меня передавать это, но, полагаю, его бы порадовало, если бы вы больше случайно не сталкивались здесь.
Она водрузила Будду обратно на стопку циркуляров.
— Полагаю, финансово ты вполне сможешь обойтись и без этой зарплаты?
— Благодарю, да.
— Значит, ты со мной согласна?
— В чём именно? В том, что мне нужно написать заявление и исчезнуть, или в том, что мне следует безвылазно сидеть в кабинете, дабы не попадаться на глаза президенту?
— Да как ты вообще можешь здесь оставаться, когда решительно все знают: именно ты устроила это проклятое мероприятие в отеле своего отца? Как тебе это удаётся, Догги?
«Каков наглец», — подумала она. Не пытается ли он сейчас переписать её собственные воспоминания?
— Я устроила? — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Насколько мне помнится, я очень не хотела даже заикаться об этом отеле. И не вы ли, мистер Сандерленд, выудили из меня эти сведения и дали делу ход?
Он проигнорировал её вопрос, лишь молча постоял некоторое время, взвешивая ситуацию.
— Ну так что ты скажешь? — произнёс он наконец. Голос его звучал раздражённо, но лицо оставалось совершенно бесстрастным.
Она тихонько кивнула. Что бы ни случилось, этому тощему призраку не удастся вывести её из равновесия.
— Я скажу, что у президента наверняка найдутся дела поважнее, чем думать обо мне.
Глава 7
Спустя четыре дня после того, как судья Марша У. Таннер приговорила Бада Кёртиса к смертной казни, его перевели в тюрьму «Сассекс I» в Уэйверли, штат Вирджиния. Его защитники, как и полагалось, незамедлительно подали апелляцию, и никто не рассчитывал, что апелляционные инстанции и коллегии смогут завершить свою работу быстрее чем за шесть лет. Стало быть, камере смертников придётся подождать всё это время.