Я развернулся туда, где Ситранис ещё рубился со вторым вождём.

— Ситранис! Держись! Я иду!

Я бросился к регою на помощь, коротко глянув по сторонам. Вокруг кипел бой, в котором уже непонятно было, кто побеждает. Высших демонов стало меньше — мои копейщики и кочевники делали своё дело, но и наших полегло немало. На земле, втоптанные в грязь, лежали тела переханов и людей. Считать было некогда, а сожалеть не время. Надо было вначале закончить дело.

Внешний круг каменных шипов трещал под натиском. Те высшие, что ушли контролировать низших перед штурмом, теперь рвались обратно, к вождям — вернее, уже к одному. С ними вместе набегали низшие демоны. Они били по шипам, ломали их, а кочевники сдерживали этот напор, рубя мечами изо всех сил.

Но и Ашкур, стоявший у самого края круга, поднимая всё новые колья взамен сломанных. К тому же, его вихрь не утихал, старательно замедляя врага. А Ферт и Мирим посылали Волны Холодного Света одну за другой, и каждая Волна била по рвущимся внутрь демонам. Алана, между тем, переключилась на раненых: дождь ещё кое-как шёл, но я видел, как ослабели его струи.

Я остановился и потянулся к Дикому Шёпоту, вбирая энергию, разлитую в воздухе после смерти первого вождя. Её по-прежнему было много, и я влил силы в новых песчаных воинов. Сотня фигур из песка и ветра поднялась из грязи и, повинуясь моему приказу, бросилась на высших, пытавшихся продраться через шипы. А я снова рванул на помощь регою.

Вовремя подоспел, надо сказать.

Ситранис отступал. Его меч, ещё недавно сиявший нашёптанной сталью, был покрыт чёрной кровью и зазубринами. Из тех песчаных воинов, что я отправил к нему, осталось четверо. Они ещё держались, закрывая регоя своими телами, но вождь пробивался сквозь них, как сквозь сухой кустарник.

Один из воинов рассыпался песком от удара костяного клинка, второй — следом. Вождь ревел, тянулся к Ситранису, и я видел, как регой, прихрамывая, пытается уйти от захвата.

Пять десятков моих воинов достигли вождя и облепили его со всех сторон. Чёрные топоры застучали по броне, и демон, отвлёкшись от Ситраниса, развернулся к ним. Я налетел сбоку, рубанул по колену — туда, где броня уже была повреждена. Топор вошёл глубоко, и вождь ощутимо пошатнулся.

— Ситранис! Руби ему ноги! — крикнул я, ускользая от удара огромной руки. — Нужно повалить и отрубить красные наросты!

С неба снова спикировали ахалги. Я заметил их краем глаза — туча крылатых тварей, нацелившихся на нас. Но в тот же миг ударила Волна Холодного Света. Одна. Только одна. Ферт ещё держался, а Мирим, похоже, полностью выдохся. Волна прошла по ахалгам, и те рассыпались чёрным песком.