отвела лошадь в сторону, привязала к выступу скалы, подальше от костра. Кейн уже разжигал огонь. Маленький, аккуратный, без дыма. Такой, чтобы согреть еду и не светить на всю пустыню, как маяк. — Еда есть? — спросил он, не поднимая головы. — Сухари, вяленое мясо, вода, — перечислила Элайна, садясь напротив. — Немного. — Завтра купим в оазисе, — Кейн достал из сумки котелок. Налил немного воды. — Сегодня похлёбка из кореньев. Не вкусно, но питательно. Он бросил в котелок какие-то сухие, узловатые корешки. Элайна не спросила, откуда они. На Фрактусе выживальщики знали, что можно есть, а что убьёт быстрее яда. Зик устроился на её колене, грея брюхо о тёплую ткань плаща. — Мне тоже положи, — сказал он Кейну. — Я не привередлив. Главное, чтобы не было ядовито. Кейн бросил ещё один корешок в котелок. — Тебе тоже хватит. — Спасибо. Ты выглядишь как человек, который умеет готовить. Это редкость среди наёмников. Обычно они только режут плоть, а не коренья... — Ну мясо у меня в рационе тоже есть, но обычно это что-то из мелкого зверья, насекомые, ящерицы... ловлю, душу, готовлю, — спокойно сказал Кейн, пристально глядя на фамильяра. Зик скорчил смешную брезгливую рожицу. Элайна усмехнулась. Впервые за день напряжение в плечах чуть спало. Они поели молча. Похлёбка была действительно не шедевром... Но тёплой. И после суток на сухарях это казалось пиром. — Спать будем по очереди, — сказал Кейн, когда котелок опустел. — Я первый. Ты вторая. В три часа ночи разбужу. — Почему не вместе? — Потому что если на нас нападут — кто-то должен быть на страже. И потому что я не доверяю твоей магии достаточно... Честно. Жёстко. По-деловому. — Хорошо, — кивнула Элайна. — Разбуди, когда понадоблюсь. Она укуталась в плащ. Легла на песок, подложив под голову сумку. Зик устроился рядом, свернувшись калачиком. Кейн сидел у костра. Точил нож. Шшш-шшш. Шшш-шшш. Звук был гипнотическим, успокаивающим. Элайна закрыла глаза. --- Проснулась она от шёпота. — Тихо. Не двигайся. Голос Кейна был едва слышен. Но в нём была такая напряжённость, что тело отреагировало мгновенно — мышцы сковало, дыхание замерло. Элайна открыла глаза. Небо только начинало светлеть, намекая на рассвет. Костёр догорал, оставив лишь тлеющие угли. Кейн сидел рядом с ней. Не двигался. Только губы шевелились, когда он шептал. Его рука лежала на рукояти меча. — Что… — начала она. — Тише, — оборвал он. Его глаза были прикованы к гребню бархана над ними. — Шая. Крупная. Просто ползёт мимо. Не двигайся. Даже не дыши глубоко. Элайна