по венам. Осколки не просто соединились. Они перетекли друг в друга. Шов исчез. Грани сгладились. Теперь это был один камень. Больше. Тяжелее. Светящийся изнутри ровным, пульсирующим светом. Боль в руках отступила. Впервые за годы Элайна почувствовала… тишину. Магия внутри не билась о ребра. Она текла. Как река в русле. Она села. Подняла камень к свету. — Они единое целое, — сказала она. Кейн повернул голову. Посмотрел на камень. Потом на её руки. — И что это даёт? — спросил он. — Стабильность, — Элайна сжала камень. — по идее я теперь я могу колдовать стабильнее. Но всё равно, как лотерея, только положительный исход более возможен, чем раньше. Кейн кивнул. Медленно. Он поднялся. Протянул ей руку. — Тогда вставай. Нам нужно уйти отсюда до заката. Элайна взяла его руку. Встала. Ноги дрожали. Но держали. Она убрала камень за пазуху. К коже. К сердцу. — Кейн. — Что? — Спасибо. Что вытащил. Он остановился. Посмотрел на неё. В его глазах не было тепла. Но было что-то другое. Признание. — Не за что, — сказал он. — Контракт ещё действует. Мёртвые ведьмы не платят. — Я запомню. — Лучше запомни, как двигаться быстрее. В следующий раз я могу не успеть. Они пошли к лошадям. Зик бежал рядом, довольный. — Вы выглядели как утопленники, — заметил он. — Но теперь вы светитесь. Буквально. Если ночью пойдём — фонари не нужны. — Молчи, Зик, — сказала Элайна. — Молчу. Но это не отменяет факта. Элайна села в седло. В этот раз руки не дрогнули. Она взяла поводья уверенно. Осколок у сердца бился в ритме с её пульсом. Они выехали из оазиса. Вода за их спиной снова стала зеркальной. Неподвижной. Ждущей следующую жертву. Глава 6. Жажда и золото Пустыня не прощала ошибок, и сегодня она решила не быть милосердной. Солнце стояло в зените, превращая воздух в дрожащее марево. Горизонт плыл, искажая очертания дюн, делая их похожими на спины спящих чудовищ. Жара была не просто горячей — она была физической силой, давящей на плечи, заставляющей потеть даже сквозь кожу и ткань. Элайна ехала, сгорбившись в седле. Ветка ступала тяжело, опустив голову, каждый шаг давался лошади с усилием. Но самой Элайне было легче, чем вчера. Намного легче. Осколки, слившиеся в единый камень у ключицы, пульсировали ровно. Это не было похоже на прежний лихорадочный стук, от которого сводило зубы. Теперь это напоминало второе сердце. Спокойное, уверенное. Тепло разливалось по венам, заглушая привычную ныющую боль в запястьях. Она посмотрела на свои руки, лежащие на поводьях. Бинты всё ещё были нужны — кожа под