— В отчёте отдела разработки значится, что они отказались, — флегматично сообщает Чача. — Сослались на то, что разберутся сами.

Я тяжело вздыхаю. Нет, Азамат их определённо разбаловал.

— Не переусердствуй, — замечаю я Чаче. — А то министерств много, тебя одного не хватит за всеми подтирать.

Чача бросает на меня быстрый взгляд, тут же возвращая его в экран, но лицо его как-то расслабляется.

— Учту.

А я топаю рассказывать мужу, где его новый сотрудник проводит своё свободное время. Смех и грех. Ну хоть, надо надеяться, министерство строительства не наймёт на него киллера.

* * *

За последующие пару недель Чача примерно таким же образом помирился и со всеми остальными отделами канцелярии, разве что Хос его до сих пор боится. Я ожидала, что Ирнчин его со свету сживёт за нарушение протоколов безопасности — секретарский бук нельзя приносить в другие отделы и подключать к их базам, а за министерские буки не полагается садиться посторонним. Но, как оказалось, Чача и это предусмотрел и запросил в службе безопасности себе временный бук со временным доступом для каждого визита ко всем, кому успел наступить на ногу.

Ирнчин возненавидел его за другое: Чача отлично отыскивает уязвимости во всех уровнях системы безопасности. Как будто они сами на него прыгают, честное слово. И вроде хорошо, что их отыскивает Чача, а не кто-нибудь злонамеренный, но кулаки у Ирнчина ой как чешутся — Янка аж время от времени приходит ко мне пересидеть, пока он дома метелит боксёрскую грушу. Не потому, что за себя боится, конечно, а просто тяжело смотреть, как его колбасит.

Но дела идут в гору, работа канцелярии всё больше начинает напоминать качественный часовой механизм, у Азамата появляется больше свободного времени. Чача исправно внушает трепет всем дворцовым службам, но при этом исключительно корректен, когда принимает звонки или по просьбе Азамата отвечает на письма.

— Где ты так хорошо выучил всеобщий? — спрашивает Азамат как-то раз, когда мы втроём идём из офисной части в жилую.

— В свободное время занимался на курсах, — быстро отвечает Чача. Я замечаю, что он тут же принимается наглаживать большим пальцем ногти остальных. То ли смутился от похвалы — но Азамат говорит, он никогда не смущается, — то ли с курсами было что-то не так…

— А сейчас продолжаешь? — не заметивший ничего Азамат поддерживает светскую беседу.

— Нет, сейчас… — Чача хмурится. — Свободного времени мало.

— Ещё не за всех их работу сделал? — усмехаюсь я.

— Нет, — он мотает головой в своей немного неестественной манере. — Я пытаюсь отсудить свои неустойки по старым договорам.