Предъявив пригласительный на входе, Кирьян собственнически обнял меня за талию и мы, миновав недлинный коридор, вошли в большой и светлый зал для приемов, где уже чинно прохаживались остальные гости. Их было немало, но я сразу нашла взглядом и герцога с герцогиней, и императора, который вдумчиво внимал незнакомому эльфу, и лорда Дармэна, коршуном взирающего на входные двери из своего угла и мгновенно прикипевшего ко мне взглядом…

И даже княжича Эррисана, поначалу занятого беседой с незнакомой мне блондинкой и стоящего у окна к нам вполоборота. Стоило нам с Кирьяном сделать несколько шагов в зал, как эльф замер, словно мы потревожили какую-то сигнальную нить, резко обернулся… И его глаза вспыхнули нехорошим хищным блеском, который не смогло скрыть даже расстояние между нами.

Вовсю изображая непринужденность, я заставила себя глядеть куда угодно, но только не на него, искренне уповая на герцога и императора, а также множество их планов.

Звучала легкая музыка, всюду сновали официанты с вином и закусками, но я не рискнула ни пить, ни есть, отлично зная, как коварны эльфийские угощения. Спасибо, прошлого раза оказалось достаточно.

— Потанцуем? — предложил ловчий, когда стало ясно, что официальное открытие приема затягивается, и никто из эльфов не спешит выступать с торжественной речью, хотя пропустить мы её не могли, прибыв вовремя.

— С радостью, — улыбнулась ему, вкладывая пальцы в широкую мужскую ладонь и разворачиваясь лицом к лицу. — Как думаешь, что будет?

— Даже не представляю, — легкомысленно пожал плечами Кир, однако сразу сообщил: — Если ещё не заметила, рядом с императором стоит не просто лорд, а сам Владыка Пресветлого леса. Что-то мне подсказывает, что его уже ввели в курс дела, и если он не так глуп, как его недальновидный отпрыск, то к нам даже не сунутся. Хотя… — демон бросил пронзительный взгляд поверх моего левого плеча и едва уловимо поморщился, — кажется, сглазил. В любом случае ничего не бойся, у нас всё под контролем.

Несмотря на опасения Кирьяна, дотанцевать нам всё-таки дали, но затем произошло то, к чему я оказалась готова меньше всего — к нам подошел сам Владыка. Он был нереально красив той холодной эльфийской красотой, которая воспевалась в балладах и была изображена на картинах: высокий и стройный, но в тоже время с мужественно широкими плечами; с длинными льняными волосами, свободно спадающими по плечам; с пронзительно-синими, как осеннее небо глазами, в которых застыла мудрость веков и лесные озера; с высоким мудрым лбом, густыми бровями, тонким носом, узким подбородком и идеальными губами. Он был одет в традиционный эльфийский наряд золотистых тонов: широкие брюки, тунику до колена и длинный камзол без рукавов. На голове причудливый венец из золотых веточек, но обнимающих не лоб, а затылок и виски.