Тут я расплатился и вышел из машины. И буквально через мгновение до меня донёсся приглушённый, раскатистый звон колокола башни святого Варфоломея. Он оглашал округу каждый час. Ну, кроме ночного времени, когда все дрыхли. И если колокол не врёт, а у меня нет причин ему не доверять, то сейчас уже восемь часов. Надо поторопиться.

Я открыл небольшую кованую калитку, глянул на пустую кособокую сторожку и пошёл среди облупившихся склепов и памятников. На этом кладбище хоронили простолюдинов, но не бедных, а тех, кто к своей кончине кое-чего достиг. Посему эти люди перед смертью пытались уподобиться дворянам и соорудить похожие усыпальницы. Конечно, они не блистали мрамором и особым шиком, но тоже смотрелись весьма достойно.

А в центре сего кладбища зияли врата в подземный мир. В смысле, вход в катакомбы, в которых уже много лет хоронили всяких бедняков и жертв эпидемий. Я спустился по широким истёртым ступеням и двинулся по коридору. В моей руке покоился включённый фонарь. И его жёлтый свет скользил по склизким от влаги серым булыжникам, коими были обложены стены, пол и потолок. Извечных маргиналов здесь не обнаружилось. Похоже, их гоняли местные сторожа.

А вот ниши с полусгнившими гробами и жёлтыми скелетами вскоре стали появляться. Они добавили ещё больше колорита этому месту. Но я не обращал на них внимания, а чётко следовал инструкциям перевертыша. Тут свернуть налево, здесь направо и уже вот-вот должна была появиться статуя распятого Христа. Да, так и есть. Вон она. Стоит вплотную к стене. Я оказался в глухом тупике, в котором пол устилал густой слой грязи. Она попала сюда из небольшого отверстия в потолке. Я увидел клочок вечернего неба. Похоже, дыру промыла дождевая вода. И она же сюда принесла всю эту грязь, сухие веточки и листья.

— А вот и ты, — прозвучал позади меня знакомый холодный голос, от которого у меня по спине забегали мурашки размером с БелАЗ.

Я тотчас обернулся и навёл жёлтый свет фонаря на мускулистую фигуру Пашки. Похоже, Перевертышу понравился образ моего бывшего друга-верзилы.

— И ты тоже тут. Какое совпадение, — усмехнулся я, пытаясь держать в узде свой страх.

— Ты принес Руку? — бросил перевертыш.

Он стоял метрах в восьми от меня. И сквозь прорехи на груди рваного плаща-макинтоша мне довелось увидеть мощные, рельефные пласты мышц, как у бодибилдера. Мне аж немного завидно стало.

— Да, вот она, — я вытащил из кармана артефакт и быстро потряс им, дабы козёл не успел хорошо рассмотреть его, а затем положил Руку обратно. — А где Эдуард? Мне самому кажется это странным, но ежели ты убил его, то я убью тебя.