Продавец морожего обвел рукой панораму города, где в вечерних сумерках зажигались огни административных зданий и роскошных жилых комплексов.

— В северном районе, — вкрадчиво заметил демон, — как раз сейчас проходит закрытый прием в честь юбилея мэрии. Там собрались самые уважаемые люди города: судьи, прокуроры, владельцы банков. Они сидят за столами с белыми скатертями, пьют коллекционное вино и обсуждают, как сделать этот город ещё более «безопасным». Их кровь наполнена самомнением и уверенностью в собственной неприкосновенности. О, это будет настоящий деликатес, Алиса.

Девочка медленно улыбнулась. Ей нравилась эта идея. Она представила, как её маленькие, окровавленные ладошки коснутся идеально накрахмаленных воротничков, как её смех перекроет пафосную речь какого-нибудь чиновника. Она посмотрела на мальчика, который всё ещё сжимал в руке обломок стекла, и в её голове созрел план. Она не хотела просто ворваться туда стаей; она хотела, чтобы её пригласили.

— Мы не пойдем туда как звери, — решила Алиса. — Мы пойдем туда как «беженцы». Потерпевшие. Мы заставим их самих открыть нам двери, чтобы проявить своё «гуманное милосердие».

Алиса приказала стае оставить собор, но не расходиться, а затаиться в тени соседних переулков. Она знала, что хаотичный набег сотни монстров создаст лишь панику, которая заставит охрану заблокировать все входы. Ей же был нужен доступ в самое сердце этого праздника самодовольства. С помощью Продавца она быстро преобразила себя и мальчика: грязные обноски сменились на разорванные, но когда-то дорогие детские вещи, а лица были искусно испачканы сажей и запекшейся кровью так, чтобы это выглядело как результат чудом пережитого кошмара, а не как следы охоты.

— Главное — глаза, — наставлял её Продавец, втирая в её зрачки какой-то темный, пахнущий серой состав, который временно скрыл желтый блеск, вернув ей обманчиво-человеческий вид. — Взрослые люди, особенно те, кто хочет казаться добродетельными, обожают спасать детей. Это тешит их эго. Твоя задача — не просить о помощи, а заставить их почувствовать себя героями, спасая тебя.

Когда они подошли к массивным кованым воротам резиденции, где гремел юбилей, Алиса сменила выражение лица. Её взгляд стал затуманенным, губы задрожали, а плечи ссутулились. Она схватила мальчика за руку, и тот, следуя её примеру, зажмурился, имитируя глубокий шок. Они рухнули на колени прямо перед основным входом, в тот момент, когда из дверей вышел один из высокопоставленных гостей — грузный мужчина в смокинге, чья кожа лоснилась от дорогого крема и сытости.