Её кулак сжался так, что ногти пробили кожу. Заметив реакцию, Аракчеев кивнул. Вытащив из кармана альвафон, он вложил его в ладонь девушки.

— Ожидай команды на активацию, «Рэйден». Иди с ними.

— С-слушаюсь, — кивнула она. Князь разжал её плечо — и девушка поспешила к вертолёту, сунув альвафон в карман.

— Залезай, Егор! — майор протянула руку Кирсанову. Тот ловко забрался в вертолёт и обернулся. Руи, бежавшая следом, ловко запрыгнула в открытый люк и устроилась на кресле рядом.

— Готовы, можем взлетать! — крикнула Хошино в микрофон. Створка люка закрылась и вертолёт, качнувшись, оторвался от земли.

Князь Аракчеев поднял голову, провожая поднимающийся вертолёт, как в его кармане завибрировал альвафон.

— Да.

— Доложи ситуацию, — в трубке раздался знакомый волевой голос, но теперь в нем слышалась ощутимая усталость.

— Они в пути, — негромко ответил князь. — Как вы и велели, я привел в действие протокол «Рэйден».

— Хорошо. Самое время использовать привезённый Кирсановым трофей. Я распоряжусь, чтобы её ограничитель и блок самоподрыва отключили, чтобы девчонка использовала мощь искусственного ядра на полную.

— Она ждёт только вашей команды, государь, — тихо ответил Аракчеев. — Вы правы, Владыку нужно остановить.

— Любой ценой, — согласился голос в трубке. — У нас нет права проиграть. Твой отец знал об этом.

В трубке раздались короткие гудки. Аракчеев поднял взгляд: вертолёт стремительно удалялся.

— Сколько нам лететь до «Белогорья»? — Кирсанов выглянул наружу.

— Не меньше трех часов! — крикнула в ответ Аями. Егор вдруг прильнул к иллюминатору и воскликнул. — Смотрите!

Внизу, среди зеленеющих крон деревьев, показались кроваво-алые вспышки. Альва-порталы один за другим вспыхивали посреди леса, один даже разверзся на той самой площадке, где они были минуту назад.

— Во имя Всеотца… — прошептала майор, сжимая рукоять меча. — Скорее, пока не стало поздно!

* * *

Белогорье. В то же время.

Концентрация альва-частиц 899,4 на миллион

— Черт… к ней невозможно подобраться! — упершись копьем в искореженные плиты пола, кодекс вытерла кровь с лица. Её боевые подруги, разбросанные по всей площадке, отступали к ней, не сводя глаз с противника.

В небе над ними парила в столбе жуткого оранжевого света фигура, объятая такой мощной аурой, что приходилось щуриться. Владыка Пустоты восседала на невидимом троне, закинув ногу на ногу, и смотрела сверху вниз на копошащиеся внизу кодексы с брезгливостью и презрением. Израненные воительницы едва держались на ногах. Их силы были исчерпаны.

— Довольно, слуги жалких людишек, — раздался её раскатистый голос. — Вы хуже насекомых, раз решили прислуживать этой органической грязи. Уйдите с дороги.