— Чудесно, — улыбнулся Шварцфельд. — Добро пожаловать в отряд кодексов, девочка. Уверен, ты сможешь изменить мир.

* * *

Едва их трапеза закончилась, как мир померк — и снова наполнился светом. Словно сменились кадры фильма, и меня перенесло из одного воспоминания в другое. Я очутился посреди широкой поляны во внутреннем дворе той же крепости.

На поляне выстроились молодые девушки в одинаковых светло-серых одеждах. И среди них в первом ряду я увидел Лили.

По её лицу было понятно, что прошло несколько месяцев. Она держалась прямо и твёрдо. Болезненная худоба ушла, её взгляд стал острее, а в глазах появился блеск и решимость. По всей видимости, тренировки уже начались. Она смотрела на стоявшего перед ними генерала, рядом с которым снова был дворянин Шварцфельд, Карл и еще несколько человек с корзинами, наполненными свитками.

Генерал вышел перед строем оживленно шепчущихся девчонок и, оглядев их, заговорил.

— Приветствую, воины. Вы долго шли к этому дню, закаляли тела и дух тренировками, обучались владению силой и оружием. Я рад, что из многих сотен, начавших тренировки, передо мной стоят пятьдесят лучших кандидатов. Тех, чья сила воли оказалась достаточно сильна, чтобы выжить и двигаться дальше.

Я посмотрел на собравшихся девушек. На вид они едва ли были старше пятнадцати, но их роднило нечто неосязаемое. То, как они держались и смотрели, их позы и жесты.

Такое я уже видел в Суворовском. Так держались кадеты, которым повезло пройти через крещение боем и уцелеть.

— Настал день вашего посвящения, день таинства крови, — снова заговорил воин. — Многие из вас могут не выдержать этого испытания. Но мы знаем, что лежит на другой чаше весов. Чтобы получить шанс спасти человечество, мы должны принять дары альвы.

— Это и есть та операция, о которой ты слышала? — донесся шепот одной из девчонок.

— Шш!

— Подходите по одной и поставьте отпечаток пальца под документом, когда я назову ваше имя, — велел генерал, косясь на подошедшего монаха с корзиной свитков. — После чего проходите в дверь за моей спиной.

Потянулась длинная череда имён и одинаковых жестов. Канидатки выходили, по очереди макали палец в чернильницу с алой жидкостью и прижимали к свитку, после чего скрывались в двери позади. Куда она вела, я не знал, но чутье подсказывало — там их ждало примерно то же, что ждало детей в шведской лаборатории.

Наконец, настала очередь Лили. Девушка оставила свой отпечаток на листке и, посмотрев на Шварцфельда, пошла в помещение позади. Но на этот раз мужчина последовал за ней.

— Джоанна, в чем дело?