Саймон, сжимая ее в своих руках, рычал как зверь и вдалбливался все глубже.Он уже был готов к тому, чтобы закончить эту безумную пляску, но, превозмогая желание, остановился.
Приподняв Раяну над краем купальни, Саймон посадил девушку на каменный край , застеленный полотенцем. Он завел ее руки за голову , и встал между тонких длинных ног, чтобы она не могла их сдвинуть. От открывшейся картины жар охватил все его и так горящее тело, и в горле пересохло. Он припал губами к розовым лепесткам , которые блестели от воды и влаги, которой щедро делилась с ним Раяна. Ее терпкий вкус, нежный аромат и стоны заставляли мужчину сходить с ума и он вновь и вновь ласкал языком бутон ее страсти, то слегка касаясь его, то надавливая. А затем его язык проник внутрь, и девушка зашлась в судороге. А он , дав ей немного отдохнуть, вошёл в такое желанное и такое узкое отверстие , чувствуя, как Раяна плотно обхватывает его , принимая в себя. И Саймон , словно какой-то юнец ,не смог сдержаться. Он рвано выдохнул и вжался в тело девушки , а потом отстранился, наблюдая, как его семя белыми каплями стекает по бёдрам Раяны.
Глава 6
Раяна
Раяна не понимала, что происходит и чего ей ждать от этого мужчины.
В академии он постоянно издевался над ней из-за ее небогатой одежды , из-за старых учебников и, казалось, что его дико раздражает вообще сам факт существования Раяны в этом мире.
С каждым днём она ненавидела его все больше и больше, и вздохнула с облегчением, когда Саймон Руале наконец выпустился из академии. Только радость была недолгой.
Она надеялась, что больше никогда не увидит этого мужчину. Но несмотря на его службу на границе с Тёмным Лесом, Саймон почему-то так и не взял себе временную жену, а заявился к тётушке Летиции сразу, как только Раяна выпустилась из академии. Он предложил такую сумму, что надеяться на отказ тетушки было бы глупо. И спустя две недели Раяна стала временной женой сильнейшего мага королевства и своего врага.
Вчера была их первая брачная ночь.
Конечно, она до последнего надеялась, что обмен магией сможет произойти при менее тесном контакте и будет достаточно простых прикосновений , а ещё , что со временем Саймон все-таки изменился.
Он был красив, богат, эгоистичен, надменен и холоден. Истинный аристократ. Казалось, что все, что свойственно обычным людям обошло его стороной. Даже когда кто-то из его компании шутил, Саймон вроде и улыбался, а порой и сам принимал участие в веселье, но всегда делал это так, словно нехотя, будто делал одолжение всем, кто его окружал. Хотя, видя его родителей, которые ежегодно посещали академию в качестве одних из тех за чей счёт она до сих пор существовала , не было ничего удивительного в том, каким вырос Саймон.