Так проходило время. Старший лейтенант Мурманской авиации, оказавшись в золотой клетке, тем не менее, всегда помнил о барокамере. Червоточина должна была вот-вот возвратиться. Черт его знает, где носило по эпохам саркофаг капсулы, но Игорь верил, что барокамера вернется за его маркером. За ним. За его модуляцией. Она настроена на возврат автопилотом.

* * *

…И вот в один из дней лета 1782 года ему предстала возможность посетить тот участок леса, где некогда возникнул тоннель червоточины. Он испросил у императрицы разрешение на прогулку в лесу.

Засветло позавтракав, без сопровождающих, Игорь с разрешения государыни покинул дворец, пообещав, что вернется на следующий день. Князь Потемкин хотел было увязаться с целой свитой сановников, но, к счастью пилота, был срочно вызван в Крым к Суворову, куда и отправился тотчас же.

Таким образом, летчик советской авиации оказался в том самом лесу, откуда началась его необыкновенная одиссея по иному измерению параллельного мира.

Он снова уходил внеизвестность .

* * *

…Что-то холодное липкое и неприятное скользнуло по лицу, заставив его вздрогнуть.

Луна светила ярким серебристым светом, освещая поляну своим мягким сиянием. Ни ветра, ни шума ушедшей в сторону грозы. Уютное потрескивание костра, казалось, успокаивало Игоря. Он ждал. Он был здесь один. Что-то манило его к этой поляне. Что-то звало внутри. Тянуло магнитом. Он ощущал, что его зовет модуляция.

Теперь он слышал в кустах тихий шорох, и чувство неприятного прикосновения вновь посетило его, заставив напрячься.

— Чёрт! — выругался вполголоса Игорь. Может, лисица? Заяц?

Додумать он не успел.

Внезапным порывом ветра, взявшимся ниоткуда, его швырнуло в сторону, едва не впечатав спиной в торчащий сук дерева. В барабанных перепонках словно взорвалось несколько оружейных заводов, оглушив на время старшего лейтенанта. Странно… с немцем в боях никогда не терялся, а тут пришёл в полное замешательство. И где? В простом лесу?

Повеяло запахом озона.

— А-ааа… — издавался стон из груди.

Всё смешалось, будто включили мясорубку. Следом за расплывшимся силуэтом потянулся дрожащей дымкой костёр. Стремительный воздушный напор струи откатил Игоря назад. Проволок по земле к кустам, исчезнув вместе с ним так же внезапно, как и создался. Материализовавшаяся в наэлектризованном воздухе барокамера, стала поглощать в себя всё, что находилось в радиусе её действия. Уже теряя сознание и проваливаясь в пустоту, он смог на миг почувствовать, как всё та же необъяснимая энергия вдруг повлекла его за собой, устремившись к вращающейся спирали. Воронка тоннеля раскрылась, поглощая тело, которое стало разлагаться на атомы вместе с одеждой. Последнее, что летчик увидел, это пробежавшего мимо ёжика. Того всосало в раскрывшийся тоннель таким же образом, как и всё остальное. Пространство свернулось в некое подобие узла, крутануло, исчезнув в пустоте. Напоследок дунуло сильным напором ветра, разметало костёр и… всё затихло.