— Алик, а как ты думаешь, — спросила Маша, — если их, в самом деле, несколько, есть у них связь между собой? Знают они, что происходит с другими копиями?

— Твою ж мать! — ошарашенно повернулся я к Амине, и по внезапно озарившей её лицо улыбке, сразу понял, что о происходящем сейчас здесь знают уже очень многие!

И как бы в подтверждение моим мыслям, на лестнице раздались шаги множества ног. А потом в комнату ворвались ещё три «назгула», и если раньше мне их похожая комплекция могла бы показаться странной, то теперь всё было ясно как день. Это были точно такие же Амины… ну или очень похожие. Механизм копирования был пока что неясен. Хотя их лиц мы и не видели, но снаружи они выглядели идентичными.

Вслед за ними уже спокойно вошли сам Воланд де Морт и Валентин. А следом ещё какие-то люди, которых мы не знали, в количестве четырёх человек. В комнате сразу стало тесно.

— Амина! — всплеснул руками Воланд, — что это за унизительная поза? Как ты позволила поставить себя в такое положение? Да ещё и дала им возможность раскрыть твою личность! Плохо! Очень плохо! Двойка тебе!

И хотя говорил Воланд вроде бы спокойно, но в голосе его читалось бескомпромиссное осуждение, которое наверняка будет иметь последствия. Он был недоволен, и это, если очень аккуратно выражаться. Наверное, он был в бешенстве, только вот очень хорошо умел себя контролировать.

— Отпустите её! — сказал Валентин.

Маша взглянула на меня, и я кивнул. Сейчас обострять никакого смысла не было. Если что, то нас просто размажут.

— Мы не причинили ей вреда, — сказал я, — мы просто купировали исходящую от неё угрозу.

Маша отпустила Амину, и та, оказавшись на ногах, тут же сделала несколько шагов в сторону, дистанцируясь от нас. Воланд, наконец-то, снизошёл до того, чтобы сказать и нам несколько слов тоже. Он внимательно посмотрел на меня, потом на Машу, и произнёс:

— Заставили вы нас, конечно, поволноваться, — сказал он, покачав головой, как будто и нами тоже был недоволен.

— Не переживайте, теперь то вы знаете, что с нами всё в порядке, — успокоил я его.

Воланд смотрел на меня некоторое время, потом обошёл стол, поднял валяющийся стул, аккуратно поставил его на место и уселся, скрестив руки на груди.

— Вот вроде и наказывать вас не за что, но очень хочется, — произнёс он после некоторого раздумья.

— Почему? — задал я резонный вопрос.

— Потому что весь наш город собрался на галереях, смотреть за вашими играми, но шоу не состоялось, — сказал Воланд.

— И кто же в этом виноват? — повесив интригу в воздухе, спросил я.

— Даже не знаю, — сказал Воланд и взглянул на Амину. А та, не выдержав его взгляда, опустила глаза, — вот вроде бы и никто, просто обстоятельства так сложились. Но люди разочарованы, ведь они лишились зрелища. А это второе, что нужно народу после хлеба. Вы, если люди образованные, должны знать об этом.