Я потянула брата с насиженного места, и усадила рядом с собой на край кровати. Подумала, и залезла под плед, держа край приподнятым. Марк с сомнением посмотрел на меня, решая, достаточно ли он взрослый, но потом все же залез ко мне и свернулся клубочком. Я его обняла, как делала раньше, когда он был маленьким совсем, и тайком от родителей прибегал в мою комнату.
25. Связанные судьбой
Проснулись мы с братом рано, даже не дождавшись будильника. Марк торопливо умылся, и побежал проверять своего подопечного. Я же собиралась медленнее, попутно отправляя Тимке сообщение – чаще, он успевал первым пожелать мне доброго утра, а сегодня я его опередила. И так от этой мысли хорошо стало, что улыбка сама попросилась на лицо.
В итоге, пока я выползала за мелким на улицу, оказалась не первой рядом с ним. Дойдя до пристроя, где у нас было оборудовано спальное место для хвостатого малыша, я услышала голоса, и замерла, не веря своим ушам.
— Так, как говоришь, его зовут? — спросила Женя.
И мне даже показалось, что я услышала в голосе самый настоящий интерес.
— Верес. Это как защитник. А ещё, тетя Агата сказала, что оно приносит удачу.
— Правда?
— Даа! Мама у Мильки много имён для собак знает. Она разные предлагала, но Верес сам выбрал себе имя.
— Значит, это мама Эмилии помогала с выбором? — слегка ревниво, и с сожалением уточнила Женя.
Может быть поняла, что это она должна была быть рядом, и помогать с выбором? Может до нее, наконец, дошло, что Марку необходимо ее участие в жизни, а не только контроль…
— Ага. Я хотел такое, чтобы ни у кого не было. А то у ребят уже есть и Рэкс, и Пират…
— А как он выбрал?
— О, когда я его позвал, вот так – Верес, Верес, ко мне! Вот! Видишь, он отзывается и идёт! А на другие не шел.
— Ничего себе! А можно мне его погладить? — спросила Женя, будто и не она вчера называла пушистика беспородным.
— Конечно, мама! Он же ещё совсем малыш. Он не кусается. А когда подрастет, я его к этим… Блин, забыл…
— Что?
— Ну которые собак дрессируют…
— Кинологи?
— Точно! Тогда он вообще умным будет!
Марк с таким воодушевлением рассказывал, с такой радостью, что я поняла – она всё-таки согласилась. Я даже выдохнула с облегчением, и сделав вид, что ничего не слышала, вошла к ним.
— Марковка, ты чего меня не дождался? — спросила сходу, назвав брата прозвищем, которое вспоминала всегда, когда он бывал вредным.
— Да ты же не Карамелька, а черепаха медленная. Я устал ждать, — ответил он, ничуть не обидевшись.
— Это я его попросила показать щенка. — Женя нерешительно улыбнулась мне, но не дождавшись ответа, добавила:— Вчера не рассмотрела – темно уже было.