Например, даже несмотря на то, что ничегошеньки не смыслила в добыче, обработке, да и просто в камне, все равно это интереснее профессии банковского служащего. Куда подалась лишь потому, что папа сказал – я не спорила. Мне хотелось его порадовать. Он упоминал в начале учебы, что после окончания, собирался пристроить меня в свою фирму. Не совсем в свою, но… он там не последнее лицо. Я и послушалась. А может ещё и потому, что Женю такая перспектива злила.

Не удержавшись, немного рассказала и о своей жизни, стараясь, чтобы звучало веселее, чем было на деле. Тимофей слушал внимательно, иногда уточняя что-то для него любопытное. А любопытно ему было все.

Иногда, мы останавливались для перекуса, и Тимка продолжал учить меня: правильно выслеживать, подкрадываться, нападать… Он терпеливо объяснял каждую деталь, и, порой, делал это настолько серьезно, что я начинала подшучивать над ним. И, конечно, не оставляла попыток дотянуться до его “сладенького ушка”. Но он даже с рюкзаком в зубах, умудрялся уходить от моих атак.

Тим

Стоило сесть в автобус, как Эмилия почти мгновенно уснула, прижавшись щекой к моему плечу. Только ради этого, я был готов хоть каждый день терпеть этот ужасный вонючий транспорт, где смешиваются настолько разные и противоречивые запахи, что хочется выпрыгнуть в окно. Причем, не дожидаясь остановки. Но когда рядом она…

Я повернул голову к спящей, и уткнулся носом в цветные пряди, чтобы вдыхать лишь ее. Она пахла для меня все той же солёной карамелью, и тонкой ноткой горчаще-свежей полыни. Но сейчас, кажется, к ней примешивался едва уловимый аромат дождя. Или нет? Хм… Прикрыл глаза вдыхая полной грудью, и меня вдруг накрыло воспоминанием:

Озеро. Каменистый берег переходящий в отвесную скалу. Не высокую, но для шестилетнего меня большую и величественную. Ветер гонит легкую волну, обмывая прибрежные камушки. Я выискиваю плоский, чтобы запустить “лягушку”, и нахожу – почти идеально круглую плисточку, явно отколотую от скалы, и уже обточенную водой. Поднимаю и осматриваю, вдыхая приятный запах мокрого камня, и понимаю, что волнуюсь. Все предыдущие “лягушки” ушли под воду с одним-двумя прыжками, а то и сразу. Я не специалист – дед всего раз показывал, как это делать, и то, в ручье у их дома. Но эта плисточка оказалась настолько идеальной, что хотелось значимого результата. С колотящимся сердцем поднес камень к лицу, ещё раз, зажмурившись, вдохнул запах, шепнул короткое “не подведи”, и размахнулся.

Раз!

Два!

Три!

Четыре!...

— Ух ты! Одиннадцать! А меня научишь?

Я слегка вздрогнул, и не оборачиваясь ответил: