Мне подруга сестры понравилась. Каштановые, с рыжиной волосы, чуть вздернутый носик и теплые карие глаза с искорками. Ее устроили в нашу школу оборотней, так как кровь ещё может проснуться, правда на класс помладше.

— Обалдеть! Малька, это же так круто! — восклицала она, когда мы остались в комнате втроем. — Вы так похожи – почти близняшки. Крутотень просто! И тетя Агата… Она изменилась, — заговорила Ксю уже шепотом. — Твоя… Ваша мама как будто помолодела. И взгляд стал счастливый.

Мне судить сложно, я только узнала родителей, но Мальва согласилась со словами Аксиньи.

Разместили их в большой гостевой комнате, но все свободное время, Ксю проводила с нами. А вскоре, ее родители уехали – мама не смогла отпустить мужа одного, и тот сдался.

В школе, дочку медведя приняли как и нас – с настороженностью. Но Аксинья быстро нашла общий язык с одноклассниками. Насколько я поняла, она не любила грустить, и всегда излучала позитив, вот и пробилась сквозь стену подозрительности местных. Но ее лучшей подругой так и осталась Маля. А еще Салават не скрывал своей симпатии к рыжульке. Он каждую перемену находил ее, и всем показывал, что девушка под его защитой. Это казалось таким милым со стороны, что без улыбки на них смотреть было сложно. И я все чаще ловила себя на мысли, “а ведь мы с Тимом, наверное, смотримся так же?”. Душа наполнялась теплом и непонятные пока, едва уловимые тревоги утихали.

Я каждый день звонила брату, который убеждал, что все у них хорошо. Мама перестала пить, и теперь даже ходит в спортзал вместе с ним. В смысле, он находится в том же здании, где и секция по футболу у Марка. Так что братишка доволен, что практически не остаётся один. Говорил он это, конечно, ворча, но я слышала в голосе радость и облегчение. Не любил он одиночество. Никогда. Папа к ним не вернулся, но стал заезжать каждый вечер на чай, или прогулку. Скандалы прекратились. А на днях, Марк услышал разговор мамы по телефону – она решила устроиться на работу. Меня даже слегка отпустило переживание за брата. Хотя убедиться все равно нужно будет.

Зато жизнерадостный и легкий при первом знакомстве Тамир, встречающийся нам на переменах, с каждым днём казался все мрачнее и опустошеннее. Его родители попросили не оставлять подопечную, и после школы встречать ее из универа и развлекать, показывая северянке достопримечательности. А на деле выходило, что он отбывал какое-то изощрённое наказание. Она же хранила молчание, лишь изредка хмыкая, или отказываясь от чего-либо.

Брата было искренне жаль. Поэтому, мы решили собраться в пятницу в Логове, и составить компанию этим двоим – его друзья предпочли слиться, после первого же знакомства с Анисьей. Я бы тоже предпочла обходить эту северную “грозовую тучку”, как ее назвала Ксю, стороной, но у меня только появились настоящие близкие люди, и разбрасываться ими, я не была намерена.