В полубредовом состоянии мне представилась ниточка в моих руках, которую я упорно тяну на себя, перебирая руками. Тяну и тяну, хотя она постоянно скользит в противоположную сторону. Ниточка теплая, пульсирует в такт моему сердцу. Так хочется отпустить ее и погрузиться в долгий сон навсегда…
Я все перебирал ее онемевшими руками, тянул и тянул, пока наконец сознание не прояснилось.
Уже забрезжил рассвет. В чаще леса раздались возгласы ранних пташек.
По земле потянулся сырой зябкий туман. Я передернул плечами и застонал от боли.
Перевел взгляд на мохнатую тушу рядом. Рвот не шевелился, застыл бесформенной грудой. Несчастный идиот. Я вздохнул. Как говорится, эту бы энергию да на пользе родине! А так я потерял сильного бойца Волчьего клана.
Впрочем, среди нас не место такому отребью.
Меня беспокоило лишь одно. В глубине души я надеялся, что это и есть инициация — победить зверя человеческими руками.
Но луна не оценила мои старания. Сейчас она скатилась по небосклону, выглядывала между стволами деревьев безразличным глазом, побледневшим на фоне рассвета.
— Без тебя справлюсь, — прошептал я разбитыми губами, опухшими как оладьи.
В критический момент при реальной угрозе смерти не отозвалось и Ядро. Оно ничего не заметило, словно разделенное со мной невидимой завесой. А вот без него я действительно почувствовал тоску. Стало как-то холодно и одиноко. Ничего, я верну тебя, звереныш. Я обещал тебе весь этот мир. Так и будет.
Послышались шаги, быстрые и мягкие на лесном ковре.
Кого там еще принесло⁈ Где там мой верный камень первобытного человека? Кто еще хочет получить в рыло?
Я положил ладонь на камень. Он показался неподъемой стотонной глыбой.
Глава 13 Немного доверия
Шаги приближались. С забитым кровью носом я не мог почуять, кто это.
Ядро молчало, но чуйка была со мной как всегда — ей пофиг на луну и Ярость, она даже перекочевала со мной из другого мира!
И сейчас она была спокойна. Что ж, значит, в ближайшую минуту меня не убьют. Что еще надо для хорошего дня?
Я увидел гостя. Это был волколак во второй форме. Он был на голову выше среднего человека, но шел хищно пригнувшись, отчего казался ниже. Передние лапы расставлены в стороны, голова с узкой серой мордой плавно поворачивается на каждый звук. Круглые глаза мерцают в отсветах рассвета как два желто-зеленых фонаря.
— Чего потерял? — сказал я по возможности ровным голосом, игнорируя колкую боль в груди и животе.
Волколак встрепенулся, светящиеся плошки глаз вперились в меня и вдруг расширились. Он ошарашенно открыл пасть, тут же с клацаньем закрыл и попытался что-то сказать. Спохватился и кувыркнулся об землю, возвращая человеческое обличье.