Я упёрлась руками в его грудь в надежде оттолкнуть. В ответ он с силой ударил меня по щеке, от его ладони осталось жгучее онемение.
Воспользовавшись моим оцепенением, он быстро сполз с меня и перевернул на живот.
Воспоминания о последнем разе, когда я оказалась в такой позе, обрушились на меня словно таран. Но вместо того, чтобы парализовать меня, паника вызвала волну решимости, нараставшую с каждым криком моего ворона.
Он пытался мне что-то сказать, и когда Бак ослабил хватку, я сосредоточилась на ней, мгновенно поняв, на что он пытается обратить моё внимание.
Услышав за спиной звук расстегиваемой молнии, я рванулась. Моя рука ринулась к горлышку разбитой бутылки, на которую мне указывал ворон. Она была зажата между двумя мусорными мешками и её почти не было видно. Одним резким движением я развернулась и вогнала осколок глубоко ему в живот.
Бак застыл с полуспущенными штанами, и когда я выдернула стекло, из раны тут же хлынула кровь. Воспользовавшись замешательством, я выкатилась из-под него как раз в тот момент, когда он рухнул на бок на то самое место, где я лежала секунду назад. Он судорожно зажал руками дыру в животе, пытаясь остановить кровотечение.
— Ах ты, блядь, сука! — взвыл он, с ужасом глядя на расплывающееся на рубашке кровавое пятно. — Ты пырнула меня!
— А ты изнасиловал и убил меня. Честный обмен, — ответила я, и голос дрожал от боли, всё ещё пульсировавшей в жилах.
Собрав все остатки сил, вытащенные из самых глубин, я рванулась вперёд и снова вонзила бутылку в Бака, оставив ещё одну рану в его животе. Он откинулся назад, и стоны агонии полились из его рта.
Но я ещё не закончила.
Я хотела, чтобы Бак познал, каково это — быть зверски униженным.
Почувствовал то, что ощущала я, когда он трахал меня в зад.
Ухватившись за его бедро, я перекатила его на живот. Он поддался легко, пока кровь хлестала из двух колотых ран. Он уже начал спускать штаны, готовясь напасть на меня, так что джинсы легко поддались, когда я дёрнула их, обнажив его волосатую задницу.
Я встала на колени позади него, направив разбитый край бутылки к его сжавшемуся анусу.
— Пристегнись, шлюшка, — прошептала я, вгоняя стекло в его задний проход, чтобы сделать его последние минуты на этой земле максимально мучительными.
Глава 9
КОП
Я и раньше считал лейтенанта Бреннера мудаком, но окончательно убедился в этом, когда он приказал мне явиться в участок и заставил ждать целых три часа, прежде чем вызвать на совещание.
Это время дало мне и Нику возможность просмотреть папки с делами, грудами лежавшие на моём столе. Я бы предпочёл быть дома и пытаться понять, как, блядь, Рэйвен оказалась в моей квартире, но пришлось заниматься этим.