Он прикоснулся к моему лицу, его большой палец нежно провёл по щеке.
— Мне приснилось, что ты здесь. Когда я проснулся, тебя не было, и каким-то образом… — он замолчал, словно подбирая нужные слова.
— Не думаю, что это был сон. Словно я видел всё твоими глазами, и я понял, что должен прийти сюда.
Я уставилась на него с широко раскрытыми глазами, а внутри поднялось странное чувство.
Чувство, что становилось лишь сильнее, чем дольше мы держались друг за друга.
Чувство, которое я могла описать лишь как слияние наших душ в единое целое.
Не в силах сопротивляться, я приблизилась и коснулась его губ своими, его тепло настолько мощно переливалось в меня, что я удивилась, почему моё тело не светится изнутри. Но когда он наклонился, чтобы углубить поцелуй, в голове мелькнул образ, и я застыла.
— Что случилось? — Мэйсон отстранился.
Картина продолжала разворачиваться — мой ворон показывал мне то, что видел он.
— Нам нужно идти, — я вскочила на ноги и направилась к тропинке, ведущей с кладбища.
— Рэйвен, ты должна сказать, что происходит, — Мэйсон поспешил за мной.
— Пайро. Он… он собирается уехать из страны, — я встретила растерянный взгляд Мэйсона. — Если он уедет, я никогда не смогу закончить это.
Глава 14
КОП
— Он загружает своё барахло в машину, — сказала Рэйвен, и в её голосе слышалась отчаянная спешка. Я вжал газ, в последний момент вильнув, чтобы обогнать плетущийся грузовик.
Хорошо, что было раннее утро и машин на дороге почти не было. В разгар дня я бы так лихачить не смог, даже если бы за мной гнался сам дьявол.
— Как это работает? Ну, твоя связь с вороном? — спросил я, поддавшись любопытству, несмотря на ситуацию.
Рэйвен перевела взгляд с лобового стекла, где она следила за тем, что видела птица.
— Я и сама не знаю. Когда Оз отправлял меня обратно, он сказал, что птица будет моим проводником, — тихо ответила Рэйвен. — Я чувствую её. Когда она беспокоится, я это ощущаю. Когда она предупреждает меня, я понимаю… Когда ей больно, то и мне тоже.
Я взглянул на неё — её глаза были прикованы к руке, покоившейся на груди. Теперь, когда она об этом сказала, я заметил, что она не использовала эту руку, когда отталкивала меня от пуль Грима.
— Если её ранят, страдаешь и ты, — проговорил я скорее для себя. Она не ответила. Я лихорадочно обдумывал, что это может для неё значить. — Думаешь, Грим догадывается?
— Не знаю.
В машине повисло тяжёлое молчание — мы оба погрузились в размышления о последствиях, если Грим это обнаружит.
Повернув за угол, я увидел впереди склад «Гадюк». Я сбился со счёта, сколько раз посещал это место в прошлом, выискивая малейшую зацепку, которую можно было бы предъявить Бреннеру, чтобы убедить его возобновить дело Рэйвен.